Последние 12 лет каждые два-три года у нас случается новый «апокалипсис».

ИА Регнум

А что делает простой русский человек, когда предвидит конец света? Правильно. Он покупает гречку и соль. Два эти продукта — как небольшой островок стабильности в нашей турбулентной реальности, который держит уезжающую от паники «кукушечку».

Возможно, мы вообще еще сохраняем человеческий облик лишь благодаря целительному эффекту гречки. Но в этом сезоне в тренде бензин.

Странно было бы отрицать, что проблемы нет, этого я делать не собираюсь. Но, как человек, живший в Крыму и с 2014 года перманентно переживающий всякого рода «дефициты», блокады и прочие катаклизмы, хочу с вами поделиться капелькой спокойствия.

Представьте себе: стабильность психики и уверенность в завтрашнем дне вообще не зависят от запасов. Первое, что хочу вам рассказать: ни разу в жизни я не испытывала дефицита гречки.

Она была всегда.

Даже в продуктовую блокаду 2015-го, когда в Крыму не было никакого «сухопутного» коридора, еще не было Крымского моста, а «нежно любящая» крымчан Украина запретила вывозить продукты на полуостров через Перекопский перешеек, — единственный сухопутный коридор на тот момент.

Казалось бы, что может быть хуже?

Ну, только то, что они перекрыли Крымский канал и лишили нас воды, а потом отрубили электричество. Было, конечно, так себе. Но всё равно, ни один крымчанин тогда не погиб от жажды или недостатка питания.

Продукты привезли паромами, а потом построили мост. Дефицит бензина тогда тоже был, кстати. Да, тогда вэсэушные дроны не жгли бензовозы по дороге. Но у бензовозов не было в принципе никакой возможности въехать на полуостров.

Везли паромами, периодически случались шторма, и тогда к нам не приезжало ничего.

Был ли этот дефицит глобальным для среднестатического обывателя, у которого из маршрутов — «дом — работа — забрать ребенка из школы»? Нет. Имелись ситуативные неудобства. Но, учитывая общую обстановку в мире, я давно отношусь к этому как к части объективной реальности.

Прошлое лето я провела в Крыму, тогда проблема с бензином тоже была, менее глобальная, чем в этом году, но ощутимая. На моей жизни это отразилось тем, что я просто заправлялась, как правило, ночью и на трассах, а не в населенных пунктах.

Была ли у меня канистра? Ни одного дня. Осталась ли я без бензина? Ни разу. При этом часто маршрут пролегал с восточного побережья на западное и обратно. То есть передвигалась по полуострову я довольно много и каждый день.

Были ли тогда очереди и панические настроения? Естественно. Бесконечные новости в ленте с километровыми очередями на заправках и табличками «Бензина нет! Когда будет — неизвестно!», конечно, бодрили.

Но куда большее ощущение бодрости было у тех, кто в 2015-м смёл с полок супермаркетов всю гречку, а в 2020-м — всю туалетную бумагу. До сих пор пытаюсь разгадать эту таинственную связь между пандемией коронавируса и необходимостью запасать пипифакс на семь лет вперед.

Возможно, когда-то наука объяснит нам этот феномен.

Что держит мою «кукушечку» в эти моменты? Наверное, банальный жизненный опыт и доля здорового пофигизма. С 2014 года умереть от дефицита соли, масок, бензина, средств женской гигиены, айфонов, воды, электроэнергии мне предлагалось такое бесчисленное количество раз, что я просто устала пугаться.

Ну не будет гречки, поем перловку, она вкуснее, полезнее и никому не нужна. Масок нет? Пусть об этом переживают те, у кого они есть, ведь на самом деле защищает она в первую очередь от распространения вируса, а не от проникновения. Кончится туалетная бумага? Ну будет повод достать из почтового ящика ворох рекламных объявлений.

Не будет бензина? Похожу пешком, это полезно. Потом появится.

Я же прекрасно помню, как раньше называли нашу страну всякого рода «либералы» и прочие покорители Верхнего Ларса. Если вы забыли, напомню ­ — «страна-бензоколонка». Да-да, мы живем в стране, которая находится на восьмом месте в мире по количеству запасов нефти, если вы вдруг забыли. Поэтому если сегодня бензина нет, он появится у вас завтра.

ГСМ в России производятся ежедневно, сезонное летнее увеличение расхода — это тоже стандартная ситуация.

Да, атаки на НПЗ и поджоги бензовозов — ситуация нестандартная, неприятная и точно проблемная. Но не настолько критичная, чтобы провести сутки в очереди на заправку в окружении трясущихся паникеров.

Или сносить полки магазинов, пророча очередной конец света.

Вместо этого можно лишний раз понаблюдать в действии две психологические теории, которые объясняют, почему даже самые рациональные люди при малейших признаках кризиса начинают паниковать.

Первая — теория компенсаторного контроля.

В моменты, когда внешний мир становится непредсказуемым, нормальный человек теряет ощущение контроля над собственной жизнью. Это, по сути, базовое ощущение безопасности. Когда мы не можем повлиять на происходящее глобально, то можем сделать одно конкретное и понятное — пойти и купить.

Попытаться восстановить чувство порядка, получить иллюзию контроля.

Вторая — теория ожидания дефицита. То есть паника возникает не тогда, когда товара действительно нет, а когда мы ожидаем, что его скоро не будет.

Этот когнитивный механизм срабатывает мгновенно: вы видите в соцсетях фотографию очереди на заправку или слышите, что кто-то не смог купить 50 литров бензина в две канистры — и ваш мозг делает вывод: «Если это исчезает сейчас, значит, завтра этого не будет точно».

Так создается искусственный дефицит, когда у кого-то залить в машину нечего, а у другого — двадцать канистр в гараже. У содержимого которых, кстати, есть срок годности.

Причём, что важно, даже повторный опыт кризисов не ослабляет этот механизм: исследования показывают, что привыкания не наступает. Поэтому, если неудержимое желание купить что-то в очередной период турбулентности вас не покидает — не переживайте, вы просто нормальные.

Так работает ваш мозг, и нужно просто об этом знать.

Поскольку есть одно важное обстоятельство: механизм покупок «впрок» запускает механизм искусственного дефицита. То есть при базовом потреблении всем бы хватило. При паническом — обязательно образуется перекос.

В том числе и такой, как у моей подруги, которая израсходовала запасы бытовой химии, закупленной в 2022 году, только год назад. Как вы понимаете, стиральный порошок у нас с полок не исчезал, никто не ходит в нестиранной одежде и не замывает пятна хозяйственным мылом по сей день.

Если вас не успокаивает все вышесказанное, подумайте о том, что ни одна страна под бесчисленным количеством санкций (как Россия) и перманентными военными действиями (как Иран) так и не осталась без кока-колы или айфонов. Потому что корпорации не упустят возможности заработать.

Поэтому ваши запасы в любой области должны быть стратегически спланированными, а не паническими. Если вы живете в Крыму или других прифронтовых зонах, иметь запас бензина в разумном объеме, если вам уж так неспокойно, — это адекватное решение.

Но если вы живете в Москве в шаговой доступности от метро и уже подумываете, как хранить на балконе двухсотлитровую бочку — остановитесь. Для начала выбросьте запасы коронавирусной гречки и погуляйте на свежем воздухе. Пешком.