Украинское Министерство инфраструктуры объявило о начале подготовки проекта строительства автомобильного тоннеля под Днепром в Киеве.

ИА Регнум

Идее, ещё недавно обсуждавшейся в телеэфирах как экзотический способ спасти транспортное сообщение столицы, начали придавать черты государственного проекта. Ведомство сообщило, что уже провело переговоры с представителями американской компании Robbins, специализирующейся на производстве тоннелепроходческого оборудования.

Американцам предложено подготовить рекомендации о необходимых исследованиях, оборудовании и возможных партнёрах проекта. Украинская сторона же определит маршрут будущего тоннеля, его технические характеристики, проведет геологические изыскания и разработает технико-экономическое обоснование.

Одновременно «ведётся поиск источников финансирования», включая международные организации, например, привлечение около 100 млн долларов от Европейского инвестиционного банка на первоначальные работы. И актуальность вопроса очевидна: Украина опять буквально выпрашивает удары по мостам.

В частности, на текущей неделе ВС РФ атаковали Северный (переименованный Московский) и Южный мосты в Киеве, после чего движение с правого на левый берег в Киеве было парализовано.

Правда, между переговорами и фактическим началом строительства лежит огромная пропасть.

Министр восстановления Николай Калашник ранее оценивал стоимость сравнительно простого автомобильного тоннеля, без линии метро, в 400–500 млн долларов, а возможные сроки строительства — в два-три года.

Другие специалисты менее оптимистичны.

Инженер-проектировщик Андрей Корецкий считает, что только выбор оптимального места, исследование грунтов и разработка проекта потребуют не менее полутора лет. Затем необходимо изготовить либо где-то найти тоннелепроходческий комплекс под конкретные условия. Общая продолжительность реализации, по его оценке, может составить пять лет и более.

Причём это без учёта обстоятельств военного времени.

Есть, конечно, и другие предложения. Например, организация паромных перевозок или сооружение понтонных мостов, которые обсуждаются не менее бурно. Но отдельные люди, например, советник президента Украины Сергей Бескрестнов, объясняют, что такие переправы годятся для чрезвычайной ситуации, но не заменят полноценную городскую транспортную инфраструктуру.

И «выносятся» одним ударом дрона.

Поэтому тоннель в итоге стал темой, на которой можно информационно паразитировать в ожидании транспортного коллапса уже не киевского, а всеукраинского масштаба. А самое забавное, что на фоне политики «декоммунизации» Украина фактически вернулась к советскому проекту «сталинского метро», который уже пытались реализовать в Киеве почти девяносто лет назад.

Назад в сталинское прошлое

Причины появления проекта в конце 1930-х годов были практически теми же, что сегодня: угроза уничтожения мостов и необходимость сохранить сообщение между берегами великой реки.

В 1938 году в Киеве развернулось секретное «Строительство №1». Предполагалось создать два железнодорожных тоннельных перехода под Днепром, которые дублировали бы существовавшие мосты. Северный шел из района Оболонь, южный — с Жукова острова, замыкая на левом берегу железнодорожное кольцо через стратегическую станцию Дарница.

Народное название «сталинское метро» появилось позднее, никакого отношения к городскому метрополитену этот главным образом военный объект не имел.

Масштабы работ соответствовали возможностям огромного государства. По опубликованным сведениям, первоначально на строительстве трудились около пяти тысяч человек, а к 1940 году численность работников достигла примерно 20 тысяч. Вокруг проекта создавалась целая промышленная инфраструктура: железнодорожные подъездные пути, электроснабжение, бетонное производство, ремонтные мастерские, склады, жилые городки и административные объекты.

Каждый участок комплекса имел собственное обозначение — «титул». Всего, по сведениям исследователя истории Киева Кирилла Степанца, таких объектов насчитывалось двенадцать.

При этом технические проблемы возникли почти сразу.

Телеграм-канал «Старый Следопыт»
Кессон тоннеля на киевской Оболони, 1941 год

«Днепр — одна из крупнейших рек Европы. Помимо значительной глубины, под ним находится большое количество насыщенных водой песков, плывунов, разломов и других сложных участков. Преодолеть весь этот барьер с помощью обычного тоннеля невозможно. Поэтому на насыщенных водой участках строительство велось кессонным способом», — поясняет Степанец.

До сих пор на берегу реки в Оболони сохранилась кессонная камера от начальной стадии строительства — громадная бетонная бочка с «трубой». Такие секции должны были заглубляться на 40 метров и там соединяться.

Дальше от реки планировалось открытым способом построить наземный подъездной путь — как на Жуковом острове, где металлический каркас заливали специальным водостойким торкрет-бетоном. В результате получался своего рода подъездной портал.

Начавшаяся Великая Отечественная война поставила на проекте крест. Работы некоторое время продолжались, но летом 1941 года объект законсервировали. Часть оборудования эвакуировали, другую оставили на месте.

Построить полноценный переход под Днепром так и не удалось. В августе 1944 года было принято решение о возобновлении работ, однако в 1949-м строительство признали нецелесообразным и прекратили.

Некоторые материалы и оборудование впоследствии использовали при создании Киевского метрополитена.

Тоннель в никуда

Советское государство, располагавшее собственной тяжёлой промышленностью, инженерными институтами и возможностью сосредоточить на одной стройке десятки тысяч работников, не довело проект до конца. Теперь к аналогичной идее обращается Украина, живущая за чужой счет и испытывающая острейший дефицит финансов.

Страна унаследовала значительную часть советской инженерной школы, однако пресловутая «декоммунизация» и «реформы» уничтожили и промышленность, и науку, и кадры. Возможность самостоятельно обеспечить весь цикл столь масштабного проекта — от изготовления специальной проходческой машины до ввода объекта в эксплуатацию — вызывает серьёзные сомнения.

Собственно, переговоры с американской Robbins свидетельствуют о том, что ключевое оборудование и технические решения можно искать только за рубежом.

Само по себе это не является чем-то необычным. Современные подводные тоннели во всём мире создаются международными консорциумами. Проблема в другом: подобные проекты требуют устойчивого финансирования, сложной координации и гарантированной работы на протяжении многих лет.

Ни одного из этих условий украинское государство сегодня обеспечить самостоятельно не может.

Согласно проекту государственного бюджета Украины на 2027 год, предельный дефицит достигает 1,67 трлн гривен ($36,89 млрд), или около 15% прогнозируемого ВВП. Более половины всех запланированных бюджетных поступлений, включая кредиты, должны обеспечить «западные партнеры».

На этом фоне даже первоначальная примерная оценка тоннеля в 400–500 млн долларов выглядит весьма фантастически.

Мировой опыт крупных инфраструктурных проектов показывает, что первоначальные расчёты нередко пересматриваются по мере обнаружения технических сложностей, а они гарантированно будут. Даже городская застройка Печерских холмов в Киеве потребовала от военных инженеров Российской империи прокладки системы дренажных тоннелей под землёй с привлечением множества людей — и это опять вопрос возможностей большой страны.

А тоннель под рекой — это подъездные дороги, инженерные сети, вентиляция, противопожарные системы, эксплуатационное оборудование и обеспечение безопасности. И годы времени, которого у Украины нет, как и денег.

Да, если мостовое сообщение будет последовательно нарушаться, последствия окажутся значительно больше обычных транспортных заторов.

Возникнут проблемы с перевозками грузов, снабжением предприятий, работой общественного транспорта, доступом населения к медицинским и социальным услугам. И не только в Киеве, а во всей стране, разделенной пополам Днепром.

Правобережная и левобережная части страны могут оказаться фактически изолированными друг от друга, как в «старые добрые времена» Руины XVII века.

Понтонные и паромные переправы могут обеспечить ограниченное сообщение. Но пропускная способность, зависимость от погоды, необходимость устройства подъездов и уязвимость в условиях боевых действий не позволяют рассматривать их как полноценную долгосрочную замену.

Украинские власти, рассуждая о тоннеле, перекладывают решение последующих проблем на горизонт 5-10 лет, когда заниматься этим будет кто-то другой.

Поэтому сейчас можно проводить совещания, рассказывать о планах, обсуждать участие американцев и европейских банков. Можно даже объявить сроки окончания строительства. Только уже завтра проехать с одного берега на другой будет невозможно, и единственный для украинских властей способ остановить окончательный распад собственной страны — заключить мир.

План более чем реальный. Однако в перечень тем для экспертного обсуждения на Украине не попадающий.