Эмоциональным рассказчиком очередной удивительной истории о том, как Украина издевается над собственными «героическими защитниками», стал Станислав Меланич, потерявший на войне обе ноги и пальцы на руках.

ИА Регнум

У этого бывшего военнослужащего ВСУ, по его словам, нет статуса участника боевых действий, и бесплатное протезирование ему тоже не полагается. Поскольку потери конечностей случились на фоне конфликта с командованием, вымогавшим у солдат деньги.

Ноги Меланич оставил там, куда его отправили «отбывать наказание» за отказ делиться выплатами, а когда он умудрился не погибнуть, а попал еле живой в больницу — записали в дезертиры.

Этот красочный сюжет, который будет явно не последним в открывшейся кампании по комплексной дискредитации власти по разным направлениям, резко контрастирует с образом, который государство транслирует в телевизоре и соцсетях.

Там всё наоборот — искренняя забота о служащих ВСУ — инвалидах.

Они получают бесплатные протезы (в том числе за границей), проходят реабилитацию и играют на искусственных ногах в футбол, им выплачивают пособия, помогают с трудоустройством. Везде крутят истории успеха «ставших гражданскими героев», которым их увечья не то что не мешают — помогают стать счастливее.

В одном случае калека стал успешным бизнесменом, во втором — одноногий герой управляет трамваем, в третьем такой же, только уже без двух ног, покоряет горные вершины и ведет блог. Как будто с ногами всё это ему было недоступно.

Реальность же получившего тяжелые увечья человека на Украине резко расходится с картинкой.

Причем продолжается это еще с 2014 года, когда «пострадавшие за родину» участники т. н. АТО (в том числе действующие военнослужащие) вдруг узнавали, что государство им ничего не должно: ты ж сам туда рвался, никто за руку не тянул.

Теперь наоборот, государство не просто тянет, а загоняет на войну пинками. При этом деньги у него есть только на активные боевые действия и текущие выплаты тем, кто еще жив и в строю. За пределами этой задачи начинается густой мрак. Начиная с того, что получить инвалидность для бывшего военного — большая проблема.

По статистике, в стране насчитывается 3,4 млн людей с инвалидностью, причем за годы войны ее получили свыше 600 тыс. граждан. Но если посмотреть статистику министерства по делам ветеранов, то получается, что львиная доля новых инвалидов — гражданские лица.

Именно военнослужащих на учете стоит всего лишь 160 тысяч, включая более 11 тысяч с I-й группой.

Чтобы дали группу — человеку нужно пройти несколько медицинских комиссий и доказать, что ранение получено именно в зоне боевых действий. А это связано как раз с волей командиров и их денежным интересом: нет денег в виде взятки — нет справки. А так — мало ли, где тебе ноги оторвало.

Но даже если всё решилось — не факт, что деньги будут платить. В Николаеве бывший морпех Сергей Ковшук даже выходил на одиночный пикет, чтобы получить законные надбавки к пенсии по инвалидности, которых обычным путем не добился.

«Военных у нас обслуживают на втором этаже. Лифта, конечно, нет. Туалет в ужасном состоянии, это свинарник просто. Я даже видео там снимал, просто какой-то трэш. Когда я спросил, а как быть человеку, который приехал, пришел в инвалидном кресле, мне ответили, что врачи спускаются сами и обслуживают в коридоре», — так описывает свои мытарства в одном из медучреждений Одессы военнослужащий ВСУ Алексей Притула, который потерял ногу.

По данным министерства социальной политики, с 2022 по май 2026 г. на государственные средства получили протезы свыше 44 тыс. человек. В Фонде социальной защиты людей с инвалидностью утверждают, что на протезы и реабилитацию инвалидов в 2026 году выделили более 4,6 млрд гривен (около 8,4 млрд рублей).

Но и по первому, и по второму пункту есть большие сомнения.

Так, в декабре 2025 года в прокуратуру Черновицкой области с жалобой на центр протезирования «Ортотоп» обратились двое инвалидов ВСУ Николай Калинов и Виталий Бакрев. Первому сделали некачественный протез и отказались переделывать, а второй и вовсе не получил ничего, но узнал, что предприятие списало на него полмиллиона гривен.

Предприятие «Днепропротез» тоже обвиняют в хищениях миллионов — и всё выглядит так же: либо вэсэушники получали протезы плохого качества, либо вовсе ничего. А часть протезов выдали «мертвым душам».

«Целый год мать ходила по кабинетам, по врачам. Пробовали собирать по волонтерам. Так и не дождался протезов. Максим тем временем никуда сам выйти не мог, замкнулся в себе, а потом и пить начал. Товарищи заходили, потом перестали. Потом его не стало…» — так рассказывает ИА Регнум Инна, сестра служащего ВСУ из Львова, который потерял обе ноги.

Но даже получив долгожданную искусственную конечность, демобилизованному придется фактически начинать жить заново в стране, которая давно забыла о социальных стандартах и гуманности.

Если у бывшего военного с инвалидностью нет жилья, он может рассчитывать на ежемесячную компенсацию от государства, но цифры там, мягко говоря, смешные — 6656 гривен (12 тыс рублей) для проживания в Киеве, Львове, Одессе и Днепре, 4992 гривны (9 тыс рублей) для других областных центров.

И это при том, что на ежемесячную аренду жилья во Львове требуется от 10-15 тыс. гривен (18-27 тыс. рублей), если оно расположено на окраинах и без ремонта, и в два раза больше в новостройках ближе к центру.

Александр Кошелев родом из села Нижняя Сыроватка Сумской области был мобилизован в 2025 году, попал под минометный обстрел, получил тяжелое ранение и ІІ группу инвалидности. Теперь он бомж.

Поскольку его родное село расположено вблизи зоны боевых действий, он с семьей вынужден был поселиться в Ровно и встать на квартирный учет, чтобы в дальнейшем иметь шанс получить хоть какое-то жилье. Но в Ровенском горсовете Кошелеву отказали, причем сделали это в устной форме — никаких документов никто не выдавал.

А нет официального документа — невозможно обратиться в суд. Теперь семья Кошелева обивает пороги разных кабинетов и обращается за помощью к волонтерам и юристам.

Неслучайно в 2025 журналисты издания Al-Jazeera опубликовали скандальную статью о военнослужащих ВСУ, которые получили инвалидность и оказались никому не нужны.

Одним из героев публикации стал 48-летний Евгений Ломский — металлург из Мариуполя, участник «АТО» еще в далеком 2015 году. В сентябре 2023 года он подорвался на мине и потерял ногу. Мужчина не смог оформить инвалидность и собирал деньги на пропитание на киевском Крещатике, расхаживая с табличкой «Я голодаю».

А после публикации статьи Ломский исчез неведомо куда.

В общем и целом украинскому государству все эти люди не нужны: они уже отработали свой ресурс, лишних денег на них нет, а работа есть только для тех, у кого руки-ноги на месте.

В исследовании общественного союза «Лига Сильных» и исследовательского агентства InfoSapiens 68% людей с инвалидностью на Украине говорят, что у них не хватает денег на еду и одежду, и только 20% из них имеют работу.

Исследователи опросили более тысячи человек с инвалидностью и более шестисот руководителей компаний. Более 30% опрошенных калек имеют высшее образование, но работодатели не хотят их брать на работу, поскольку боятся, что те не справятся с поставленными задачами и будут брать много больничных.

Ну и вишенка на торте — это отношение украинского общества в целом.

В июле 2026 года в Полтаве 20-летний парень избил 43-летнего Романа Махновского, который потерял на войне обе руки. За замечание по поводу опасных маневров на электросамокате у автомобиля, за рулем которого находилась жена Махновского.

В декабре 2025 года сотрудники одного из киевских отделений «Приватбанка» отказали в выпуске банковской карты 20-летнему военнослужащему, который лишился на фронте всех конечностей. Ведь тот не мог физически держать карту в руках для верификационного фото.

Уже списанные из армии люди с инвалидностью постоянно становятся жертвами произвола «людоловов»: невзирая ни на документы, ни на увечья их так же «пакуют» на улице, избивают и везут в подвалы. Такие случаи зафиксированы в Днепропетровске, Луцке, Киеве и других городах, а возмущения и жалобы ни к чему не приводят. «Обознались, с кем не бывает».

Пока за бедолаг заступаются их «побратимы», родственники и разного рода сочувствующие. Но чем хуже общая ситуация в стране — тем меньше общество обращает внимание на такие проблемы.

Тем временем власти всерьез обсуждают планы мобилизации людей, имеющих третью группу инвалидности. Но почему те, кто ежедневно испытывают все эти унижения, до сих пор не разглядели в них вполне осознанной государственной политики — вопрос, на который ответит далеко не каждый эксперт.