16 июля армия России нанесла удары по предприятиям украинского ВПК в Киеве, по портовой инфраструктуре Одессы и порту Южный, а также по судну и быстроходному катеру сил специальных операций ВСУ в Чёрном море.

ИА Регнум

По данным Минобороны, среди пораженных объектов в украинской столице — предприятия «Элмиз», «Рапид» и «Сатурн», а также склады логистических компаний «ДСВ Логистика» и «Новая почта». На предприятиях выпускали беспилотники самолетного типа средней и большой дальности, на складах хранили готовые аппараты.

В Киеве констатировали прилет восьми баллистических ракет. Удары пришлись по объектам в Дарницком и Святошинском районах. Пожары возникли в складских зданиях, одноэтажном складе и среди припаркованных грузовиков. Это уже шестая массированная атака объектов противника в украинской столице с начала июля.

Наши ракеты уничтожают украинские беспилотники до того, как они появляются над российскими городами: в цехах, на складах, во время подготовки к запуску. Удары по производственным площадкам лишают Украину новых аппаратов и сокращают ее возможности для следующих атак.

А ведь еще недавно украинские власти собиралась держать Москву под постоянным давлением. В Киеве хвастались налетами, закрытыми столичными аэропортами, воздушными тревогами и возможностью бить по российскому тылу. Дошло до издевательского заявления о том, что Украина якобы «разрешает России провести парад Победы», временно воздерживаясь от ударов по Москве.

Несколько беспилотников над столичным регионом, работа ПВО и задержанные рейсы должны были создать впечатление, будто Киев распоряжается российским небом и сам решает, когда Москве ждать очередной тревоги. Однако показная самоуверенность быстро разбилась о реальное соотношение сил.

Киев столкнулся с регулярными ударами, пожарами на складах и разрушениями на предприятиях. Весьма недолгий медиаэффект украинских налетов оказался просто несопоставим с ущербом, который российский ответ наносит производству и логистике врага.

Владимир Путин предупреждал: «Наши ответы всегда будут зеркальными, куда бы они ни пытались наносить удары на территории РФ, мы будем отвечать зеркально, только в несколько раз мощнее. Противник будет это чувствовать. Уже чувствует, надеюсь. И будет чувствовать это в дальнейшем с нарастающим масштабом».

Русское море возвращается

Предупреждение воплощается на практике. В столице Украины ракеты бьют по цехам и складам с дальнобойными БПЛА. В портовых городах, через которые шли поставки западных вооружений для ВСУ, повреждены терминалы, суда и портовые объекты. В Чёрном море российские войска наносят удары по кораблям и военным катерам.

Каждая новая атака повышает стоимость перевозок, создает дополнительные угрозы для судоходства и нарушает работу морских маршрутов.

Так Россия последовательно формирует морскую блокаду киевского режима — по сути запрещая Украине пользоваться Чёрным морем, одно из исторических названий которого — Русское море. Порты под украинским контролем пока продолжают частично работать, но судоходство становится все более рискованным. Одного распоряжения из Киева недостаточно, чтобы корабли продолжали заходить туда, где терминал или судно в любой момент могут оказаться под ударом.

Порт может сохранить краны и причалы, но утратить главное — перевозчиков, готовых работать под постоянной угрозой. Судовладельцы начинают пересматривать маршруты, страховщики — учитывать военный риск, перевозчики — повышать ставки. Удар по одному объекту задерживает вагоны, удорожает перевозки и нарушает поставки далеко за пределами самого порта.

Цифры для Киева неприятные. Возможности украинских глубоководных портов по вывозу зерна сократились примерно на треть — с 6 до 4 млн тонн в месяц. Через три порта Одесского региона проходит более 90% украинского сельскохозяйственного экспорта. Четыре из тринадцати крупнейших зерновых терминалов временно прекратили закупки, а крупнейший украинский производитель подсолнечного масла «Кернел Групп» остановил операции в Черноморске (Ильичевске) Одесской области.

Всего за одну неделю число вагонов с зерном, которые шли к одесским портам, снизилось на 11%. Фактический экспорт упал на 17%. И это только начало.

Через те же порты, железнодорожные пути и склады идет зарубежное снабжение украинской военной машины. Когда порт принимает меньше грузов, армия также получает меньше возможностей для снабжения. Коммерческие и военные перевозки зависят от одних и тех же причалов и железных дорог.

По данным украинского министерства развития, только за январь–апрель 2026 года Россия применила против портовой инфраструктуры Украины более 800 беспилотников — в десять раз больше, чем за тот же период 2025 года. В Киеве признали: с начала СВО были повреждены более 900 портовых объектов и 177 гражданских судов.

За первые четыре месяца 2026 года украинские порты всё же обработали около 30 млн тонн грузов. Система пока работает, но ей приходится постоянно латать повреждения. Чем короче промежутки между атаками, тем меньше времени остается на ремонт. Восстановленный объект может и должен вновь оказаться под ударом.

Слишком дорогой пиар

Украинские налеты на российские города во многом были рассчитаны на информационно-психологический эффект. Закрытый аэропорт, объявленная тревога и кадры работы ПВО должны создать впечатление крупного успеха даже при скромном военном результате. Главная цель — страх, раздражение и ощущение незащищенности.

Россия отвечает ударами по материальной основе войны. Под огнем оказываются заводы, где выпускают дальнобойные БПЛА, склады с готовыми аппаратами, портовые терминалы, суда, военные катера и объекты, через которые идет западное снабжение. Эту тактику точно выражает формула: воевать, а не пиариться.

Беспилотник над российским регионом может на несколько часов нарушить работу аэропорта. Удар по сборочному цеху сокращает число будущих атак. Пожар на портовом терминале уменьшает грузооборот и затрудняет снабжение, а пораженное судно заставляет других участников рынка заново оценивать риски.

Картинка для вечерней сводки обходится Киеву всё дороже. Украинские власти отправляют аппараты к Москве, а затем вынуждены восстанавливать заводы, искать новые склады и поддерживать работу поврежденных портов. Потери врага накапливаются. Российские удары значительно превосходят украинские по масштабу, интенсивности и последствиям.

Украина хотела напугать Москву беспилотниками, воздушными тревогами и закрытыми аэропортами. А теперь ей самой приходится прятать производство и искать новые склады взамен пораженных.

Порты горят, экономика стремительно угасает, устойчивость режима под большим вопросом — вот закономерный итог для врага, который давно переступил черту, и политическую, и моральную.