Слова Дональда Трампа снова активно тиражируются в сети. Якобы президент Соединённых Штатов сообщил, что ему поступило предложение стать «следующим верховным лидером Ирана». А он, дескать, отказался.

ИА Регнум
Спикер парламента Ирана Мохаммад-Багер Галибаф

Звучит сюрреалистично, будто в Овальный кабинет дозвонились креативные пранкеры. И хотя смысл реплики Трампа на самом деле был несколько иным (он просто утверждал, что занять пост лидера ИРИ не стремится вообще никто), показательно, что многие, включая некоторые СМИ, легко поверили в корректность искажённой цитаты.

Этот яркий случай как нельзя лучше вписался в бурный информационный поток, который действительно генерируется уже почти неделю. Мол, иранцы очень хотят заключить с США сделку буквально на любых условиях — включая полный отказ от ядерных исследований.

«У нас идут крайне содержательные переговоры с нужными людьми. Вы даже не представляете, как сильно они желают с нами договориться», — подчеркнул Трамп, беседуя с журналистами в Белом доме.

Кто же эти «нужные люди»? Тегеран уверяет, что о них ничего не слышал.

Спикер парламента Ирана Мохаммад-Багер Галибаф, которого называли одним из возможных контрагентов, сразу выступил с опровержением. «Народ Ирана требует полного наказания агрессоров, и сейчас мы сосредоточены на выполнении этой задачи», — написал он в соцсетях.

По словам официального представителя Корпуса стражей Исламской революции Эбрахима Зольфагари, иранцы «не собираются заключать соглашений с противником ни сейчас, ни в будущем», а Трамп «ведет переговоры с самим собой». В аналогичном стиле высказался глава информационного совета при правительстве страны Элиас Хазрати.

Тем не менее за океаном вовсю рисуют альтернативную картину происходящего. Если верить анонимным источникам агентства Bloomberg, США передали неким «влиятельным иранским лицам» внушительный список требований — от опять-таки сворачивания ядерной программы и отказа поддерживать шиитскую «ось сопротивления» до сокращения вооружённых сил и ограничения ракетного арсенала. А подписи под документом могут быть поставлены в Исламабаде, куда вроде бы собрался с визитом Джей Ди Вэнс.

Пункт назначения американского второго лица кажется далеко не случайным, поскольку Пакистану отведена важнейшая роль в глобальном экономическом проекте «Один пояс — один путь». Как считают американские аналитики, даже просто приехав туда, вице-президент Соединённых Штатов пошлёт Ирану недвусмысленный сигнал об угрозе логистической блокады с востока.

Но разве такие действия, очень похожие на давление, сочетаются с заявленными попытками создать комфортный переговорный фон? И создаётся ли он в принципе?

«На самом деле между США и Ираном ведутся непрямые переговоры посредством обмена сообщениями через Исламабад. В этом контексте Соединённые Штаты передали документ из пятнадцати пунктов, в настоящее время рассматриваемый Ираном», — уточнил министр иностранных дел Пакистана Исхак Дар.

Отсюда вывод, что даже подготовкой каких-либо официальных американо-иранских встреч ещё никто не озаботился. По сути, речь идёт лишь о своего рода «прогреве» — предполагаемом опосредованном диалоге, который пока не привёл к осязаемым результатам. Да и не факт, что приведёт в обозримом будущем.

Если же вашингтонские эмиссары вдруг (ну мало ли) наладили с кем-то какие-нибудь неофициальные контакты, то им не помешало бы иметь в виду, что в Штатах до сих пор формально действует закон Логана. Этот федеральный акт, принятый конгрессом ещё в конце XVIII века, строго запрещает заниматься «частной дипломатией» с иностранными державами, которые Вашингтон публично считает враждебными.

Впрочем, у довольно странной и весьма противоречивой риторики о «переговорах» может быть вполне прозаичное объяснение. Согласно расследованию Financial Times, ровно за пятнадцать минут до одного из заявлений Трампа на Уолл-Стрит были размещены гигантские (580 миллионов долларов!) ставки на падение нефти. Которая действительно просела из-за последующего ожидания деэскалации.

Кто конкретно оказался настолько прозорливым, выяснить не удалось. Говорят, подсуетились некие «неизвестные трейдеры». Но как бы там ни было, аномальный всплеск биржевой активности привёл к резкому подскоку индекса S&P 500 — что, в свою очередь, добавило к капитализации американского рынка почти два триллиона долларов.

Тут стоит уточнить: инсайдерская торговля в США вообще-то является тяжким уголовным преступлением, за которое всегда сажали на долгий срок — так, например, в своё время за решёткой оказались менеджеры хедж-фонда SAC Capital. Однако в наши дни правила игры, похоже, меняются на глазах.

Возникает ощущение, что внешняя политика Соединённых Штатов мутирует в этакий коммерческий проект, напрямую зависящий от слухов, вбросов и чередования ультиматумов с «миротворческими» спекуляциями.

Но что делать Ирану? Видимо, его военно-политическое руководство уже раскусило замысел американцев и предпринимает встречные меры. В частности — открывает Ормузский пролив для танкерного флота дружественных государств. И таким образом создаёт явные преференции энергетическому блоку БРИКС, одновременно оставляя коллективный Запад за бортом безопасного топливного судоходства.

Этот остроумный ход, помимо прочего, свидетельствует, насколько чёткие выводы Тегеран сделал из предыдущих попыток по-настоящему договориться с Вашингтоном.

Напомним, ещё в 2018 году Исламская Республика выполнила все свои обязательства по ядерной сделке, что подтверждало МАГАТЭ, но американцы вышли из Совместного всеобъемлющего плана действий в одностороннем порядке.

А через пару лет не моргнув глазом убили иранского национального героя — генерала КСИР Касема Сулеймани. И вот, наконец, дошли до прямых бомбардировок иранской инфраструктуры, которым, что характерно, оба раза — весной 2025-го и зимой 2026-го — предшествовала определённая переговорная активность.

Стоит ли теперь удивляться, что нынешняя «мегафонная дипломатия» Штатов вызывает у Тегерана, мягко говоря, недоумение?

«В настоящее время наша политика заключается в продолжении сопротивления, и никаких переговоров не ведется. Имели место лишь региональные обмены мнениями, которые не повлияли на твёрдость нашей позиции», — отметил глава иранского МИД Аббас Аракчи.

Когда и на каких условиях неэффективность своей манипулятивной стратегии осознает сам Белый дом? Хватит ли для этого нынешних усилий Ирана? Или для окончательного отрезвления американских элит в ситуацию должен вмешаться кто-нибудь ещё — способный в нужный момент весомо стукнуть кулаком по столу? Ответов придётся подождать.

Но события на Ближнем Востоке в любом случае уже показали: под «прилётами» «Томагавков» и грозными окриками из Овального кабинета не обязательно просто выживать.

Можно ещё и методично выстраивать собственную геополитическую реальность, укреплять отношения с союзниками, а главное — создавать оппоненту ощутимые проблемы. Даже если сам оппонент по привычке уверен, что держит все рычаги в своих руках.