«Не пишите президенту». Мать с 5 детьми 18 лет пытается получить жильё
Трехкомнатная квартира Людмилы Мухановой в подмосковном Павловском Посаде, временно выделенная ей местными властями, расположена на последнем этаже пятиэтажки. Из-за прохудившейся крыши там обваливается штукатурка и течет с потолка.
С момента заезда в 2016 году в квартире отваливается побелка, отклеиваются обои, растёт плесень. Как только семья заехала в жилье, кусок штукатурки обвалился и упал на одного из детей.
«Я сегодня проснулась от того, что на меня капает, — вновь протекла крыша», — рассказывает Людмила.
История переездов
До переезда в нынешнюю непрезентабельную трешку семья жила в бараке, в собственной однокомнатной квартире. Отец детей ушёл после рождения пятой, младшей дочери.
Жизнь в однушке была непростой — мать-одиночка и пятеро детей на восемнадцати квадратных метрах. Из огромной трещины во всю стену пробивалась плесень, грудного ребёнка — дочку, которой не было и полугода — негде было безопасно искупать.
— Сын взрослел, и девочки стеснялись. Они не знали, где делать домашнее задание, где переодеться. Кухня, туалет и ванная были размером с нынешний коридор. Это было ужасно, — говорит Людмила.
— Она жила в двухэтажном бараке — я зашла к ней в гости, а там одни кровати стоят. Одни кровати. Она уже тогда писала в областную и президентскую администрацию, — рассказывает ИА Регнум Евгения Ладова, подруга Людмилы.
В 2008 году Людмила и дети встали в очередь на получение жилья по областной программе для молодых семей. Но через несколько лет ожидания из-за возраста родителей семья уже не попадала под ее действие. Потом их признали нуждающимися и предложили заново встать в другую очередь «с нуля», поскольку основание поменялось.
Перебирая огромную кипу бумаг и зачитывая каждый документ, Людмила дает весьма нелестную характеристику этой ситуации.
В 2015 году она написала обращение губернатору Московской области Андрею Воробьёву с просьбой решить ее жилищный вопрос. Администрация направила сотрудников реабилитационного центра «Спектр», которые предложили ей помочь поработать с документами.
Встреча, по словам Людмилы, закончилась тем, что ее попросили подписать бумаги — согласие с тем, что она неблагополучная мать и готова заключить со «Спектром» соглашение.
— Я сказала: ничего не буду подписывать! — вспоминает Людмила.
До письма Воробьёву ни одна организация благополучием семьи не интересовалась.
— У Люды не было возможности изучить все законы. Она сказала: «Я не знаю, что нам положено». А если что-то и положено, то мы, простые люди, не знаем, на что имеем право, — говорит ее подруга Евгения.
Наконец, в 2016-м многодетной семье предоставили трёхкомнатную квартиру по договору коммерческого найма. То есть жилье не бесплатное — нужно платить как арендную ставку, так и коммунальные платежи.
— Эту трёшку дали с боем. Она в администрацию приходила, а на неё наехали: «Что вы там пишете везде? Надо было нам, а не в администрацию президента», — рассказывает Евгения. Ключи вручали с помпой, в здании администрации. Заехать получилось не сразу — предыдущих жильцов выселяли. А когда семья все-таки переехала, то столкнулась с новыми проблемами — вода из крана шла ржавая, а из сеточек фильтров приходилось вытряхивать белых червяков.
Бесконечная очередь
В октябре 2023 года Людмила устроилась на Павлово-Посадскую платочную фабрику, предприятие — визитную карточку города. Добирается до работы на автобусе — на холодильнике дома висит вручную написанное расписание. Женщина говорит, что всегда предпочитала спокойную жизнь и остаться в небольшом подмосковном городе — сознательный выбор.
Но спокойной жизни не случилось. В 2024 году ту самую трешку с червями в воде, которую занимает многодетная семья, передали в манёвренный фонд, поместив таким образом в специальную категорию с особыми правилами пользования. Договор найма с Людмилой сначала заключили на полтора года, а в январе продлили до июля — «в последний раз».
«Только недавно я узнала, что ей нужно съехать с квартиры в июле. Она даже не жаловалась. На мой вопрос, будет ли куда-то обращаться, сказала: «Я устала уже куда-то что-то писать, звонить», — рассказывает подруга Людмилы Евгения.
— Есть возможность продлить — слава Богу. Всё равно пожить определённый срок. А дальше куда? Куда нам? — задаётся Людмила вопросом, ответа на который пока у нее нет.
Заместитель главы Павлово-Посадского городского округа Александр Кулаков, прежде занимавшийся вопросами по обеспечению жилищных прав, в разговоре с ИА Регнум заверил, что семью с пятью детьми на улицу никто не выставит:
— Я не вижу оснований, если ей выдавали жильё, но закончился срок договора, чтобы ей его дальше не продлили. Даже если сказали «последний раз» — не работает: «Мы вам продлеваем в последний раз и больше не приходите». Если у неё не появилась дополнительная жилищная площадь, то оснований отказать я не вижу.
Помимо проблемной квартиры, договор по которой продлили в «последний раз», семье тогда же выделили и земельный участок. Но на нем и поныне ничего нет, кроме сгнившего сруба.
— Я была на этом участке — там стоит только сруб, который уже сгнил. Денег-то нет — это надо всё делать, — говорит Евгения Ладова.
Этот недострой — память о той самой однушке в бараке, где мать ютилась с пятью детьми на 18 «квадратах». Может, Людмиле и удалось бы хоть как-то достроить здесь жилье, но жить на выделенном участке все равно не получилось бы — ни света, ни дорог. Корреспондентам до злосчастного сруба добраться тоже не удалось — помешали полутораметровые сугробы.
Примечательно, что этот выделенный муниципалитетом участок может сыграть с семьей злую шутку. Сруб — это, как получается по документам, единственное собственное жилье Людмилы, если его можно так назвать. Потому она и находится в очереди на получение квартиры.
Пока муниципальная квартира предоставлялась на правах коммерческого найма, при всех недостатках конкретной квартиры и неудобствах проживания в чужом жилье сохранялась стабильность: все эти годы договор исправно продлевали.
Однако после перевода в особую категорию маневренного фонда заселять в эту квартиру людей можно максимум на два года, которые как раз и заканчиваются в июле. Но при этом наличие даже такого жилья вполне может стать основанием для исключения из очереди на получение своей квартиры.
За десять лет ожидания в этой очереди Людмила поднялась, как она говорит, с девятисотых мест до четырехсотых. Но в 2025 году Павловский Посад объединился в один округ с другим подмосковным городом, Электрогорском, очереди слились, и Людмила оказалась в рядах «пятисотых».
Таков на настоящий момент итог ожидания собственной квартиры в разных очередях, начавшегося еще 18 лет назад.
