Президент США Дональд Трамп ввёл импортные пошлины на продукцию практически всех стран мира, инициировав глобальную торговую войну. Ставки привязаны к торговому дефициту США с каждой отдельной страной и скорректированы с учётом политических факторов.

Иван Шилов ИА Регнум

Под раздачу попали все без исключения, вопрос лишь в ставке пошлин: минимальная — 10%, максимальная — 49%.

Под минимальные пошлины попали страны, с которыми у США небольшие объёмы взаимной торговли и нет ярко выраженного торгового дефицита.

Например, пошлины в 10% будут применяться к России, Белоруссии, Ирану и КНДР — с ними у США нет торговых отношений, но есть ряд дипломатических задач, требующих решения. Введение пошлин против этих стран не даст США каких-либо преимуществ, но создаст дополнительные проблемы.

Тотальность пошлин призвана предотвратить обход ограничений через другие страны. Именно этим объясняются запредельные пошлины для Камбоджи и Вьетнама — 49% и 46% соответственно. Эти страны использовались китайским бизнесом для обхода ограничений.

А вызвавшие широкое обсуждение и насмешки пошлины против пингвинов с необитаемых островов ввели, чтобы на этих территориях не регистрировался австралийский бизнес.

Новые американские правила

Введение ограничений обосновывается как на уровне идеологии, так и на уровне экономики.

На идеологическом уровне пошлины позиционируются как акт экономического освобождения США и восстановления справедливости. Логика вашингтонской администрации проста: США создали современную систему мировой торговли, а все остальные страны должны им быть за это благодарны.

Но вместо благодарности они «злоупотребляют» экспортом своих товаров в Америку и не желают покупать американские товары.

Тот факт, что подобные изменения в мировой торговле являются абсолютной нормой, и США сами стали сверхдержавой за счёт ослабления других государств, той же Британской империи, игнорируется.

На уровне экономики также есть своё прочное обоснование: запредельный торговый дефицит и рекордный уровень внешнего долга США больше не позволяют им проводить ту политику, которую многие всё ещё считают нормой.

США крайне необходимо решить четыре задачи. Первая — скорректировать торговый баланс, сократив его дефицит, а в идеальном случае и вовсе обеспечить профицит во внешней торговле.

Вторая — снизить стоимость обслуживания государственного долга, а также привлечения новых заимствований.

Третья — обеспечить приток инвестиций в страну для ее последующей реиндустриализации.

Четвёртая — нанести экономический ущерб своим экономическим и геополитическим противникам.

В теории торговая война Трампа позволяет решить эти цели. Пошлины отсекут от американского рынка часть импорта, сделав его неконкурентоспособным либо слишком дорогим. На фоне корректировки торгового баланса сократится стоимость обслуживания американского долга.

Сокращение импорта вместе с мерами по бюджетной экономии приведут к снижению размеров дефицита федерального бюджета, а значит, снизят потребность в заимствованиях.

Сильная зависимость многих стран и корпораций от американского рынка вынудит их принять условия Трампа или смириться с переносом производств в США, то есть поспособствуют реиндустриализации Америки.

Недружественным США странам, например Китаю, в праве доступа на американский рынок откажут, что поспособствует их экономическому ослаблению.

Но в обмен на это придётся кое-чем пожертвовать.

Побочные эффекты

Во-первых, США перестанут быть единственной сверхдержавой. В сущности, они ею уже не являются, так как перестали влиять на многие страны и процессы в мире.

Если же Трампу удастся воплотить свои реформы, то США останутся лишь крупной региональной державой со своей сферой политического и экономического влияния, под которое будут попадать зависимые от них страны.

Во-вторых, придётся жертвовать долларом как мировой валютой — ведь какой прок в долларе, если США сокращают объём торговли со 185 странами мира, а также делают ставку на ослабление своей валюты для стимуляции импортозамещения и экспорта? В таких условиях слабый доллар будет конкурентным преимуществом для американских товаров.

В-третьих, придётся пожертвовать членством в международных институтах и перестать соблюдать правила приличия по отношению к малым странам. США ещё в конце первой каденции Трампа заблокировали работу ВТО, и Джо Байден ничего не сделал для перезапуска участия в работе этой организации.

Штаты будут выкачивать деньги из своих недавних партнёров, которые теперь будут становиться донорами. И тут ярким примером является превращение Украины из партнёра, которого безвозмездно финансировали, в безнадёжного должника. Зато можно будет взять Гренландию силой.

Но, что куда опаснее для Трампа в текущий момент, на алтарь придётся положить общественную поддержку.

Сдуется фондовый рынок: капитализация многих корпораций, вокруг которых уже не первый год надували биржевые пузыри, сильно уменьшится; на фондовом рынке будут хозяйничать медведи, а не быки.

Из-за торговой войны со всем миром в США сильно вырастет уровень инфляции, так как зависимость от импорта сильнее, чем кажется, а кооперационные цепочки обычно оказываются более длинными и переплетенными, чем предполагают чиновники.

Заодно будет крепнуть осознание того, что импортные пошлины не тождественны освобождению от импорта: импортозамещение не происходит автоматически при удорожании ввозимых товаров, оно является отложенным следствием инвестиций со стороны государства и бизнеса, простимулированных грамотной налоговой политикой и мерами господдержки.

Прописать эти меры и создать такую налоговую политику куда сложнее, чем ввести пошлины на импорт. Ещё сложнее запустить такой механизм, решив попутно массу инфраструктурных, технологических и кадровых проблем.

В любом случае платить за американское импортозамещение будет американский потребитель, а обогащаться на нём — корпорации.

И если скорость расходов американского потребителя превысит скорость роста его доходов от создания новых рабочих мест, то Трамп столкнётся с падением рейтингов и снижением уровня социальной поддержки.

В таком случае американская олигархия предаст его при любом выгодном для неё предложении со стороны оппонентов. А вернувшиеся к власти демократы частично откатят преобразования Трампа.

Поэтому нынешняя администрация попытается сделать реформы необратимыми и уже совмещает их с комплексным наступлением на демократов.

Трамписты сокращают бюджетные расходы, с которых кормились демократы, реформируют избирательную систему, пытаются взять под контроль суды, защищают своих чиновников от медиаатак и сами занимаются ими, завоевывая информационное пространство.

В целом план Трампа можно охарактеризовать как рискованный, но рациональный.

Европа в унынии

Естественно, руководство других стран не будет сидеть, молча наблюдая за происходящим.

В торговых войнах преимущество находится у стран с дефицитной торговлей — идущая с 2018 года торговая война между США и Китаем тому доказательство.

Сократить импорт американских товаров пострадавшим странам будет сложнее — они зачастую весьма специфичны, как те же гражданские самолёты, ПО и «железо». Да и не все товары, например продовольствие и энергоносители, можно заместить.

Слабые страны и те, кому выписали 10%, отвечать не будут — либо нечем, либо незачем, раз есть возможность заместить чью-то сократившуюся долю на американском рынке.

Крупные страны и блоки непременно ответят, так как не могут продемонстрировать слабость.

Торговая война с Китаем выйдет на качественно новый уровень, но США не привыкать. Как и КНР, впрочем, тоже.

Пекин попытается компенсировать потерю американского рынка, перенаправив экспорт в другие страны, в том числе и не самые богатые, зато перспективные — те же африканские государства. Но стоит отметить, что Китай уже страдает — в стране дефляция.

Отношения с ЕС продолжат стремительно деградировать. В пострадавших от пошлин странах Евросоюза снизятся объёмы промышленного производства, сократится ВВП, вырастет безработица и социальное недовольство.

Вот только направлено оно будет скорее на США и лично Трампа, и правых к власти точно не приведёт. В ЕС научились с ними бороться как правовыми, так и неправовыми средствами, игнорируя при этом нравоучения Трампа и Джей Ди Вэнса.

Однако запас прочности у Европы очень маленький: отношения с Россией испорчены, её рынки сбыта и энергоносители утеряны, как и прежняя гармония в отношениях с Китаем, ставшим сильным конкурентом для европейских компаний.

Поэтому ЕС в этой войне будет наиболее пострадавшей стороной, которая столкнётся с бегством капитала в США и переносом туда производства.

За скобками в этой истории остаётся группа стран-изгоев и Россия.

Глобально Трамп через пошлины делает то же, что с Россией сделали через санкции: выключает её из мировой торговли. Но Россию так хотели наказать, принудив к покорности, тогда как для США эти меры позиционируются в качестве блага — сказываются разные места в системе мировой торговли.

Россию, на первый взгляд, торговая война Трампа не затрагивает: подумаешь, 10% пошлины при минимальных объёмах товарооборота и запредельном количестве введённых санкций. Но есть нюанс.

Во-первых, Трамп — это хаос, и ожидать от него можно чего угодно. Внимание отечественной бюрократии не безгранично, а силы ограничены. В этом плане Байден был куда предсказуемее, так как он продолжал бы инерционную политику и не ломал бы мировую торговлю через колено.

Во-вторых, Трамп рискует ввергнуть мировую экономику в рецессию. А это обернётся сокращением спроса на многие сырьевые и энергетические товары, а заодно спровоцирует рост количества самых разных ограничений. На мировом рынке стали уже негде протолкнуться: производство превышает спрос, а страны одна за другой закрывают свои рынки.

Единственное, что вселяет надежду, так это осознание трампистами того факта, что Америка не всесильна, а значит, и другие страны имеют право на свои сферы влияния. Вот только получится ли выгрызть у США такую сферу?

А ещё вырастет количество желающих вернуться на российский рынок, но всем ли возвращенцам мы будем рады?

Также будет расти количество стран с заявкой на суверенитет: некоторым будет выгоднее повзрослеть и сепарироваться от США, чем без конца зависеть от выходок Трампа, превращающегося из доброго покровителя в злобного рэкетира.

В любом случае, если после 2014 года мировая торговля сбоила и свободной по отношению к суверенным странам не была, то теперь её можно смело хоронить и для оставшегося мира.

Глобализация официально закончилась.