Обстановка в акватории Ормузского пролива вновь начала обостряться. Управление морских торговых операций Великобритании (UKMTO) официально повысило уровень угрозы до критического, зафиксировав резкий рост иранской военной активности в регионе. Нападения на коммерческий флот возобновились с новой силой: если весной и летом инциденты чаще всего ограничивались дистанционным повреждением обшивки или захватами, то теперь впервые с весны начались потопления. На днях на дно ушел сухогруз CAPE DAO, а затем аналогичная участь постигла контейнеровоз GFS PRIDE. Хотя целью атак пока не стали крупнотоннажные нефтяные танкеры класса VLCC, при таком развитии событий это дело времени.

Иван Шилов ИА Регнум

Согласно отчетам по движению судов, трафик через пролив и вообще экспорт стран Залива продолжает расти, даже превосходя докризисные уровни. Одна проблема: эти цифры плохо бьются с динамикой глобальных коммерческих запасов углеводородов, которые продолжают стремительно сокращаться. К примеру, в США за последнюю неделю они упали примерно на 3,4 млн баррелей, или 0,5%, а по сравнению с тем же отрезком прошлого года — на 16%.

Дело тут в том, что изменилась структура самого трафика. Увеличение числа проходов через пролив обеспечивается преимущественно судами меньшего тоннажа, газовозами и танкерами «теневого флота», обслуживающими поставки в Азиатский регион. В первую очередь речь идет о Китае, который продолжает активно скупать доступные объемы для пополнения своих внутренних хранилищ. Кроме того, часть зафиксированных радарами рейсов приходится на суда, следующие в балласте, либо на каботажные перевозки внутри самого Персидского залива. Для стран коллективного Запада доступный объем экспортных поставок из региона неуклонно снижается. Это вынуждает их компенсировать недостаток импорта за счет внутренних резервов.

Приходится всё больше качать из стратегического резерва США (SPR). Его объем опустился до отметки 282,7 млн баррелей. За прошедший год из хранилищ было изъято 125,9 млн баррелей — падение составило беспрецедентные 30,8%.

Проблема распространяется на весь рынок готовых нефтепродуктов. Запасы моторного бензина в Соединенных Штатах за год сократились на 5,2%, опустившись до 205,3 млн баррелей. В сегменте средних дистиллятов, критически важных для грузовой логистики и промышленности, резервы упали на 9,7% — до 104,3 млн баррелей. Снижение коснулось и прочих компонентов: запасы недопереработанных масел снизились на 9,6%, а смешивающих компонентов для бензина — на 4,7%. Совокупные резервы нефти и нефтепродуктов в США (включая SPR) в настоящий момент составляют 1,498 млрд баррелей, что на 11,5% (или 195 млн баррелей) ниже уровня середины октября прошлого года.

Американская экономика практически исчерпала свои буферные возможности по амортизации дефицита. Интенсивное расходование стратегических запасов на протяжении весны и лета 2026 года позволило удержать котировки от взрывного роста, однако теперь этот инструмент применять крайне затруднительно. Вашингтон больше не может бесконтрольно выбрасывать на биржу десятки миллионов баррелей для сглаживания ценовых скачков, поскольку уровень SPR приблизился к технологическим минимумам, необходимым для обеспечения национальной безопасности самих Соединенных Штатов.

Европа в этой ситуации оказывается в еще более уязвимом положении. Лишившись российских поставок и столкнувшись с резким снижением транзита с Ближнего Востока, европейские трейдеры ранее опирались на импорт дизеля и нефти из США. Опустошение американских хранилищ означает, что экспортные возможности побережья Мексиканского залива будут неизбежно сокращаться.

Возвращение к тактике потопления судов в районе Ормузского пролива происходит в наихудший для мировых потребителей момент. Глобальные цепочки поставок уже работают на пределе рентабельности из-за вынужденного использования маршрутов в обход Африки. Лондонские страховые синдикаты пересматривают премии за риск для любых судов, заходящих в Оманский и Персидский заливы. Переход от дистанционных атак к полному уничтожению судов требует применения более тяжелого вооружения, что повышает риски для всего коммерческого флота в акватории.

В условиях, когда западные хранилища пустеют, а навигация в главном экспортном узле планеты вновь становится зоной повышенного риска, сырьевые рынки остаются без защитных механизмов. Заявления о нормализации трафика, основанные на простом подсчете проходящих судов, создают ложное чувство безопасности. Дальнейшая эскалация конфликта будет транслироваться в рост оптовых цен на бензин и дизель без каких-либо смягчающих факторов. Совершенно ясно, какое давление этот процесс окажет на инфляционные показатели стран-импортеров в преддверии зимнего сезона.