Киев однозначно сделал ставку на эскалацию. Зеленский, обращаясь в первую очередь к иностранным авиакомпаниям, объявил российское небо небезопасным.

ИА Регнум

То есть фактически попытался закрыть наше воздушное пространство.

Киев открыто не угрожает сбивать гражданские самолеты, но «предупреждает», что из-за украинских беспилотников в русском небе лучше не летать. Несомненная эскалация, но не внезапная, а вполне предсказуемая. Более того, ставшая очередным этапом стратегического решения Киева перейти к повышению ставок.

Оно началось еще в июне — когда тот же Зеленский объявил о 40-дневной кампании по нанесению «непоправимого ущерба» экономике России, который принудил бы Москву согласиться на остановку боевых действий по линии фронта. Что же в итоге получилось?

Украина сожгла несколько крупных складов «Вайлдбериз», крупнейшего российского маркетплейса, повредила часть наших НПЗ, что привело к дефициту бензина, атаковала порты и корабли в Чёрном море, фактически заблокировав экспорт как нефтепродуктов, так и зерна. Ущерб серьезный, но не критический.

Более того, главная ставка была сделана на то, что в результате начнет меняться общественное мнение в России. Тем более что скоро пройдут выборы в Госдуму. Народ должен был ужаснуться и молчаливым большинством потребовать от Путина «остановить войну».

Вот в чем был расчет коллективного (то есть украинского и западного) «Зеленского».

Настроения в России, конечно, изменились. Но не в ту сторону, что ожидали наши враги. Ровно наоборот: вместо того чтобы причитать «отстаньте уже от этой Украины, вон она как нас бьет», всё больше людей стали требовать «положить конец происходящему» путем лишения Украины возможности наносить нам ущерб.

Владимир Путин сформулировал это так: вы сами открыли ящик Пандоры, так что получите. И действительно, Россия не просто усилила удары по Украине, а расширила список целей. В результате уничтожаются не только местные торговые сети (склады и логистика, в том числе и для армии), но и заправки, объекты энергетики, портовая инфраструктура и мосты.

Украинский экспорт через Чёрное море практически остановлен, а ведь вывозимое отсюда зерно было главной статьей дохода бюджета. Понятно, что этот бюджет в основном формируется западными пожертвованиями и займами, но уменьшение собственных доходов несомненно ощутимо скажется на функционировании украинской экономики.

То есть хотели сделать больно нам, а в итоге сами получили серьезный ущерб. Но, может быть, в Киеве были к этому готовы?

Нет, потому что попытка «закрыть небо» России относится к числу совсем безумных и откровенно провокационных. То, что Зеленский заговорил об этом, означает, что у него не осталось никаких более вменяемых идей насчет того, каким путем можно остановить Россию.

А угроза гражданским самолетам дает ей право ответить самыми разными способами. Например, заблокировать сообщение Киева с Европой. То, что поезда с европейскими политиками больше не смогут прибывать на киевский вокзал, — самое меньшее из возможных ответных действий.

Но, может быть, Зеленский и рассчитывает именно на это? То есть сознательно провоцирует Москву на жесткие действия в отношении гражданских объектов, чтобы потом требовать у Европы и США новой помощи и новых санкций?

Не похоже. Точнее, если такой мотив и есть у него, то скорее подсознательный, чем расчетливо-хладнокровный. Всё проще: ситуация для Украины складывается действительно всё более тяжело, но, раз открыв ящик Пандоры, закрыть его уже невозможно. И в этом есть главная ошибка Зеленского, которую ни он, ни его западные союзники сейчас, конечно, не признают.

Но есть еще более фундаментальная ошибка украинской власти — ставка на то, что Украина может выдержать противостояние с Россией за счет того, что у нее есть бездонные западные тылы.

Оружие, боеприпасы, деньги — всё идет с Запада, который неуязвим для России и будет поддерживать Украину столько, сколько потребуется. Нет денег? Запад даст. Нет бензина? Запад поставит. Даже если не будет продовольствия — Запад накормит. И так будет всё время до тех пор, пока есть украинцы, готовые держать в руках оружие и запускать беспилотники и ракеты в сторону России.

Потому что та никогда не решится бить по Европе, и значит эта кладовая для Украины всегда будет неисчерпаемой.

Тут есть сразу две проблемы.

Первая связана с тем, что Европа на самом деле не бездонна. И экономически, и политически. В какой-то момент европейские элиты могут осознать, что овчинка не просто не стоит выделки, а уже становится очень опасной для них самих. И тогда тезис «безопасность Украины — это безопасность Европы, поэтому мы должны остановить русских на дальних подступах» может смениться на «это старый спор славян между собою, а у нас проблем и так выше крыши, так что давайте уже как-то договоримся с этими русскими о мире после войны».

Подобного варианта в Киеве боятся больше всего — и предпочитают не думать о его реальности.

А он может стать гораздо более актуальным в связи с вторым дефектом идеи «бездонной европейской кладовой» — тезисом о невозможности русских ударов по Европе. На вопрос о реальности ударов по британскому ВПК, поставляющему оружие на Украину, Владимир Путин ответил очень коротко: «военная тайна».

Но не тайна то, что, если европейцы поймут, что Россия уже действительно готова к подобным ударам, договороспособность и миролюбивость Европы вырастут стремительно и достигнут такого уровня, при котором Зеленскому нужно будет думать только о спасении собственной жизни.