В странах Прибалтики ни на день не останавливается кропотливая деятельность — местные спецслужбы деятельно ищут и искореняют «крамолу». Практически все заметные сторонники России или уже находятся в тюрьмах, или ждут своего приговора, или принуждены к эмиграции.

ИА Регнум

Но репрессии не останавливаются: сотрудники местных «охранок» ринулись в соцсети, внимательно их просеивая в поисках нелояльных высказываний. Периодически поступают известия о новых арестах и уголовных делах. И есть основания подозревать, что еще больше таких дел остается за кадром.

В поисках «крамолы»

На днях стало известно про пожилого латвийца, которого осудили за отрицание «преступлений советского режима». В своем канале в TikTok он говорил, что в 1940 году Латвия вошла в состав СССР совершенно добровольно, и добавил, что вспоминает свою советскую молодость как лучшие годы в жизни.

Он также отмечал, что Россия в настоящее время освобождает свою территорию из-под власти киевского режима. Суд квалифицировал действия мужчины как «оправдание военных преступлений».

Отделался он сравнительно легко — пробационным надзором сроком в 2,5 года. Каких-либо дополнительных подробностей относительно личности этого человека пока нет.

Другой приговор получил 44-летний гражданин Эстонии, которого 1 октября 2026 года приговорили к трем месяцам лишения свободы условно за «осквернение» украинского флага.

В ночь на 23 апреля 2023 года мужчина находился возле здания российского посольства на улице Пикк в Таллине, на временном ограждении которого вывесили украинский флаг. Таллинец написал на нем маркером «Слава России».

С учетом двух дней, проведенных им под стражей после происшествия, неотбытая часть наказания составляет 2 месяца и 28 дней. Украинский флаг и использованный маркер постановлено уничтожить.

Часто уголовные дела, заведенные на сторонников России, остаются в общественном пространстве практически незамеченными. Нередко сами родственники подсудимых стараются не предавать подобные истории гласности, опасаясь еще больших неприятностей.

Местные СМИ о подобном тоже, как правило, не пишут — в лучшем случае приводят краткую формулировку о наказании еще одного русофила, не называя конкретных имен. В итоге то, что тот или иной человек угодил в тюрьму, позже выясняется случайно. Или вовсе не выясняется. Например, очень мало внимания привлекла история уроженца Даугавпилса Владимира Ли, в последние годы жившего и работавшего в Ирландии.

43-летний Ли попал в поле зрения Службы госбезопасности (СГБ) Латвии из-за того, что разместил в соцсетях свыше десятка видеороликов в поддержку российской армии. На него завели уголовное дело: на судебных заседаниях видеоблогер вел себя дерзко, участвуя удаленно.

Однако Ли имел неосторожность посетить Литву, где и был задержан по запросу СГБ. Он предстал перед судом и был осужден «за разжигание национальной ненависти и прославление военных преступлений».

В феврале 2025 года суд приговорил его к 4,5 года лишения свободы и году пробации. Помимо прочего, ему припомнили, как он, еще находясь в Даугавпилсе, сорвал украинский флаг с одного из зданий. Оказавшись в тюрьме, Владимир не унывает: устроился в рабочий отряд, в свободное время занимается спортом и много читает. В октябре его и прочих заключенных вывезли в новую тюрьму в городе Лиепая.

В октябре 2026 года получил два года тюрьмы 62-летний житель Даугавпилса Иван Цветков, обладатель паспорта негражданина Латвии. До ареста он работал на одном из городских муниципальных предприятий.

Его обвинили в «распространении материалов с публичными призывами нарушить территориальную целостность государства». Как выяснилось, Цветков вел несколько чатов и каналов в соцсетях и публиковал на них как свою точку зрения, так и репостил чужие, как это делал бывший депутат горсобрания Риги Игорь Кузьмук, получивший за это два года тюрьмы.

Цветков репостил публикации неких лиц, говоривших о необходимости провозгласить «Даугавпилсскую народную республику». Итог такой же, как у Кузьмука — два года тюрьмы. Как выяснилось, Цветкова задержали еще 12 мая и с тех пор он находился под стражей.

Таким образом, сидеть ему осталось один год и семь месяцев. Свою «вину» он признал и за это получил скидку — прокуратура сообщила, что «данных о выполнении Цветковым поручений российских спецслужб не обнаружено» и действовал он «по личным мотивам».

По заветам Кафки

Наряду с возбуждением новых дел в Латвии продолжаются и давние политические процессы, возбужденные много лет назад. Одним из них является дело в отношении редакции портала Imhoclub. lv, начатое еще в 2017 году.

Этот портал публиковал свободные мнения жителей Латвии по любым вопросам — политическим, экономическим и социальным. Это не понравилось властям. Как рассказывал главный редактор Юрий Алексеев, его сначала пытались купить — предлагали денежные дотации, в обмен на что он должен был принять «куратора» и повиноваться его указаниям.

Когда Алексеев отказался, его начали запугивать — вызывали в спецслужбы и настойчиво требовали закрыть портал. Журналист оказался «непонятливым», и начались репрессии.

Завели уголовное дело: редакции вменяется в вину «нанесение вреда Латвийской Республике группой лиц по предварительному сговору». По версии следствия, площадка «использовалась для распространения дезинформации и действовала в интересах России».

На скамье подсудимых оказались трое — Алексеев и сотрудники редакции портала Дмитрий Сустретов и Пётр Погородний. Вломившиеся к Алексееву сотрудники спецслужб «нашли» у него в квартире под потолком коробку с патронами, его дополнительно обвинили в незаконном хранении оружия.

Позже на суде Алексеев убедительно доказал, что патроны ему подбросили, но доводы не произвели на латвийскую Фемиду ни малейшего впечатления. Также ему вменили «разжигание ненависти к латышам» за комментарии в интернете. Что опять же неубедительно, учитывая, что Алексеев — латыш по матери.

Наконец, журналисту вменили «хранение детской порнографии», за которую выдали фотографии его купающихся детей, обнаруженные у него в компьютере. В конечном итоге Алексеев, находившийся под подпиской о невыезде, в 2024 году сбежал из Латвии и получил статус политического беженца в Белоруссии.

Погородний успел уехать в Россию, и таким образом на растерзание латвийскому «правосудию» остался лишь Сустретов, известный не только как журналист, но и как поэт: его стихи публиковались в Латвии, России, Израиле и Японии.

У Сустретова больное сердце, подписчики собирали деньги на операцию по вживлению ему искусственного клапана. «Дима сидит на лекарствах, ему тюрьма опасна смертельно», — свидетельствует Алексеев.

В сентябре 2026-го прокурор затребовал для Алексеева восемь лет тюрьмы (плюс двухгодичная пробация), Погороднему — семь лет лишения свободы и два года пробации. Сустретову грозят надзор и пробация сроком на шесть лет. А чтобы насолить ускользнувшему Алексееву, Латвия подала на него в розыск по линии Интерпола.

Также не закончен еще начатый шесть лет назад процесс 14 латвийских журналистов, до 2020 года сотрудничавших с информационным агентством «Россия сегодня». Часть фигурантов уже получила приговоры: огромные денежные штрафы, исправительные работы, а в случае с Валентином Роженцовым — два года тюрьмы.

Несколько человек еще ждут вердикта или пытаются оспорить полученный. Журналист Александр Малнач, которому назначили штраф в 8,1 тыс. евро, подал апелляцию. По его словам, адвокат Имма Янсоне ободряла его тем, что ему попался «хороший» судья, который пойдет по пути смягчения приговора.

Однако 4 ноября судейская коллегия объявила о решении оставить приговор первой инстанции в силе. Малнач уже готовит обращение в третью (кассационную) инстанцию. Штраф в 8140 евро при мизерном доходе журналиста (менее 100 евро в месяц) — это, по словам Малнача, «присуждение к тюремному заключению, замаскированное под финансовое наказание».

Он физически не сможет его выплатить, что создаст основание для замены штрафа на более суровые меры.

«Хорошо, что не в тюрьму»

В Прибалтике установлено полное всевластие спецслужб, под колпаком у которых находится практически все население. Эмигрировавший из Латвии в Россию журналист Алексей Стефанов отмечает, что в СГБ на каждого активного гражданина и негражданина заведена своя папочка.

Она идет в ход, когда спецслужбистам необходимо доказывать свою нужность, получать новые звания или премии. Точной статистики политических дел в открытом доступе не существует.

«За время нахождения в заключении ознакомился с делами трех десятков человек, попавших под каток правоохранительной системы Латвии за такие же взгляды. Это приблизительно 10% от всех политзаключенных за последние пять лет», — пишет из Рижской центральной тюрьмы ученый-экономист Александр Гапоненко, получивший 10 лет за то, что дистанционно выступил на российской конференции с докладом о нарушении прав русских в Латвии.

Некоторым везет отделаться депортацией. 2 ноября власти Эстонии выдворили постоянно проживавшего там с 2006 года гражданина России, политолога Леонида Карабешкина. Ему установлен запрет на въезд в Шенгенскую зону.

Уроженец Санкт-Петербурга, Карабешкин работал деканом факультета международных отношений Евроакадемии в Таллине (закрылась в 2020 году), а в 2022–2024 годах трудился в русскоязычной редакции радионовостей государственного вещательного концерна ERR. Он часто выступал как эксперт, комментируя политические события во всем мире, делая это сдержанно и осторожно.

Ранее Карабешкин публично высказывался о необходимости учитывать интересы России в сфере безопасности. Очевидно, это ему и вышло боком. В эстонской полиции безопасности (КаПо) заявили, что политолог «поддерживал связи с российскими спецслужбами».

Оппозиционный публицист Эйно Ингерман задался вопросом: «Я правильно понимаю, что деятельность, представляющая угрозу безопасности Эстонии, заключалась в том, что в публичных выступлениях Карабешкин затрагивал тему учета интересов Москвы при формировании европейской системы безопасности?»

Многие, изучив публикации Карабешкина в интернете, удивились: в последние годы он старался вообще не касаться темы политики. Тогда в чем причина депортации?

Оппозиционный активист и бард Юри Кивит объясняет, что причина — необходимость держать общество в напряжении: «КаПо тоже надо отчитываться о работе. Если нет настоящих шпионов, будут брать любого, кто по профилю подходит. Он не первый и не последний. Хорошо, что не в тюрьму».