Прошло две недели с появления первых сообщений о якобы случившейся вспышке чумы в Иркутске. В реальности за такие сроки жизнь страны бы переменилась. Власть — как и в начале пандемии ковида — приняла бы решительные меры, и карантинный режим был бы введен если не в федеральном масштабе, то в отдельно взятом сибирском регионе. Но «черная смерть», как и было сказано, оказалась сугубо виртуальной.

ИА Регнум

Ни одно из тревожных сообщений в зарубежных СМИ и «посевов» в соцсетях — о якобы десятках и сотнях заболевших, закрытии въездов в города и т.п. — не подтвердилось.

К середине октября ситуация с медицинской и эпидемиологической точки зрения не вызывает опасений и выглядит простой и завершенной.

Диагноз ВОЗ: чумы нет

29 сентября сотрудницу Иркутского противочумного НИИ Роспотребнадзора госпитализировали с подозрением на пневмонию. 2 октября женщина умерла. Роспотребнадзор сообщил о причине смерти — «пневмония невыясненной этиологии». Это и дало почву для первых слухов о заражении то ли «из пробирки», то ли по результатам поездки сотрудницы НИИ в соседнюю Бурятию — слухов, которые потом искусственно подхватили и раздули.

Медицинская экспертиза показала: в биоматериалах умершей не обнаружили микроорганизмов, связанных с профессиональной деятельностью женщины. Случаев заражения бактериями Yersinia pestis — возбудителями легочной чумы — не было отмечен ни в Иркутской области, ни в соседней Бурятии, ни в других частях страны.

8 октября Роспотребнадзор объявил о завершении профилактических мероприятий. Специалисты провели более 5500 лабораторных исследований и не выявили опасных патогенных микроорганизмов — равно как и аварий.

Обстановку в Иркутской области, Иркутске и Шелехове (откуда родом умершая сотрудница института) ведомство оценило как спокойную, без рисков для здоровья населения.

Обстоятельства работы противочумного НИИ изучила комиссия по контролю соблюдения требований биологической безопасности. Аварий при обращении с патогенными микроорганизмами она не выявила. По поручению главы Роспотребнадзора Анны Поповой в институт направили дополнительную экспертную комиссию, которая подтвердила выводы первой экспертной группы.

Наконец 10 октября сводку опубликовала Всемирная организация здравоохранения. Изучив и проверив полученные от России сведения, ВОЗ не обнаружила свидетельств продолжающейся передачи инфекции и не рекомендовала ограничивать поездки и торговлю.

Вбросы об «эпидемии из разбитой пробирки» проверку не выдержали.

«Хайп», призванный возбудить панику, явно идет на спад. Общество оказалось иммунным к посевам фейков. Но это не значит, что не предпринимаются попытки всё же разнести информационный вирус.

Делается это по давно известным схемам, отмечают эксперты.

Под маской официального лица

«Современный информационный вброс редко ограничивается одной публикацией. Он распространяется через цепочку перепостов, эмоциональных комментариев, тревожных заголовков и ссылок на якобы авторитетные источники», — объясняет политолог, кандидат исторических наук, эксперт Экспертного института социальных исследований (ЭИСИ) Александр Рудаков.

А что может выглядеть авторитетнее, чем заявление от имени региональных или федеральных властей?

С 13 октября в Сети начал циркулировать поддельный документ от имени правительства Иркутской области — о введении карантина из-за угрозы распространения чумы.

Власти опровергли его подлинность. Между сообщением о завершении профилактических мероприятий и появлением фальшивки прошло пять дней.

Одновременно начались вбросы в Башкирии, в региональных чатах и блогах.

Составители поддельного документа от имени главы республики Радия Хабирова не поскупились на подробности. Госслужащих якобы обязывали регулярно сдавать ПЦР-тесты на чуму.

Одним анализы обещали оплатить из бюджета, другие должны были платить сами. За отсутствие отрицательного результата фейковый «указ» грозил отстранением от работы без сохранения зарплаты. Служащему предлагали тревожиться сразу и о здоровье, и о заработке. 14 октября ГТРК «Башкортостан» сообщила об опровержении регионального Роспотребнадзора. Такого документа не существует, санитарная обстановка стабильна.

В Якутии фальшивые предписания направляли уже в медицинские организации, требуя дополнительных санитарных мероприятий в связи с угрозой завоза и распространения чумы. Республиканский Роспотребнадзор сообщил, что письма поступали с поддельного электронного адреса, а изложенные в них сведения недостоверны. К борьбе с выдуманной эпидемией медиков пытались привлечь вполне всерьёз.

Одновременно «доброжелатели» попытались раскачать обстановку на Северном Кавказе.

Главе Северной Осетии Сергею Меняйло приписали фейковое «распоряжение», где говорилось о противоэпидемических мероприятиях из-за угрозы распространения чумы. 15 октября власти республики разъяснили, что поводов волноваться нет, эпидемиологическая обстановка в регионе стабильна.

Заключить в «информационный пузырь»

«Как и любая террористическая активность, такие сообщения направлены на запугивание людей. Эмоционально заряженные негативные сообщения вызывают у людей тревогу, особенно когда они преподносятся безапелляционно и в упаковке, сопровождаемой многочисленными недостоверными материалами», — отмечает депутат Госдумы, политолог Александр Асафов.

Так, в соцсетях распространялся сфальсифицированный видеорепортаж о четырёх жителях Уфы, якобы госпитализированных с чумой после поездки в Иркутск.

12 октября выяснилось, что его смонтировали из архивной съёмки 2020 года, добавив нейросетевую озвучку и обработку изображения.

Распространял видео, по данным фактчекеров, канал, который выдавал себя за страницу и. о. премьер-министра Башкирии Александра Шельдяева.

Больничные кадры шестилетней давности зрителю предлагалось принять за доказательство сегодняшней эпидемии. С таким способом подбирать доказательства «эпидемию» можно объявлять хоть каждый год.

Как отмечает Асафов, особенно активно такие сообщения распространяют через запрещённые в России соцсети и сервисы. Пользователю там настойчиво предлагают публикации, рассчитанные на его страхи.

Тему чумы продвигали через сетку Telegram-каналов, иноагентские СМИ, специально созданный сайт «Иркутсклайв» и поддельные видео. Схожими приёмами, напоминает эксперт, распространяли сообщения о второй волне мобилизации и голоде мирного населения в Алешках.

Другой способ придать слухам достоверность обнаружился в зарубежных соцсетях. Сообщения о готовящемся локдауне в Санкт-Петербурге повторяли одну и ту же «версию»: знакомые, работающие в России, якобы прислали тревожное голосовое сообщение.

По данным издания, однотипные публикации распространяли боты. Зато у одного слуха появлялось множество якобы независимых свидетелей. Даже тревожиться им полагалось по одному образцу.

Таким образом, объект информационной атаки оказывается в «информационном пузыре» — с иллюзией множества сообщений, пусть и не подтвержденных официально (ведь «власти скрывают!»).

«В результате неподтверждённое утверждение начинает выглядеть как массово обсуждаемая проблема, хотя количество публикаций само по себе ничего не доказывает. Именно так фейк о чуме пытались использовать против России», — говорит Рудаков.

На эту же иллюзию массовости работают и вбросы фейков, формально не связанных с «иркутским инцидентом», но содержащих слово-триггер — чума.

На ту же неделю пришлись сообщения о щучьей чуме в Нижегородской области. Специалисты нижегородского филиала ВНИРО пояснили, что массового заражения рыбы в регионе не наблюдали. Единичные эпизоды известны с 1990-х годов, а в 2026-м во время траловой съёмки в Лысковском округе выловили одну зараженную щуку. Болезнь рыб к человеческой чуме и иркутской истории отношения не имеет. Общее у этих историй оказалось только слово в названии.

Укрепление иммунитета

Поддельные документы и ролики до сих пор появляются. С каждым новым посевом список фальшивок становится длиннее, а свидетельств распространения чумы по-прежнему нет. По оценке Рудакова, интерес к таким сообщениям угасает по мере того, как становится ясна их несостоятельность:

«Но эта история демонстрирует уязвимость такой модели: информационный шум способен быстро создать ощущение угрозы, но не может заменить реальные факты. Поэтому наши граждане быстро осознали надуманность угрозы, несмотря на заявления из-за рубежа с призывами к иностранным гражданам покинуть Россию. Когда новые подтверждения не появляются, интерес аудитории угасает».

Показательна и история с предупреждением американского посольства о «немедленной эвакуации граждан США», которое также оказалось препарированным материалом. Давно действующие рекомендации для американских граждан пересказали как призыв немедленно эвакуироваться из-за чумы. В сообщении дипмиссии предлагалось следовать указаниям местных властей. Нового распоряжения об эвакуации из-за инфекции там не было. Срочность этому предупреждению придали уже при пересказе.

«Эта конструкция поддерживается западными СМИ и политическими акторами недружественных стран: кто-то постулирует ложные сообщения в качестве факта, кто-то пытается задавать вопросы и высказывать озабоченность.

Но в целом за длительное время такого деструктивного воздействия наше общество выработало определенный информационный иммунитет. Недостоверные сообщения о бусификации в Пензе, например, не получили ожидаемого противником отклика», — говорит Асафов.

По оценке экспертов, запугать российское общество историей о чуме не удалось. Тем, кто всё же поверил тревожным публикациям, теперь есть с чем их сопоставить: результаты обследований опубликованы, подтверждений распространения инфекции за две недели не появилось.

Рудаков советует проверить, откуда взялась тревожная новость и какими фактами она подтверждена. Эмоциональные перепосты, по его словам, лишь помогают распространителям вбросов.

Распространителям слухов стоило бы объяснить, как из одного случая пневмонии у них получилась эпидемия и почему давние американские рекомендации внезапно превратились в приказ об эвакуации. Заодно можно рассказать, зачем этой эпидемии понадобились чужие больничные кадры и указы, которых никто не подписывал. Фамилии авторов и названия изданий сохранились, так что адресаты у этих вопросов вполне определённые.