Впервые с момента основания в августе Мекканский союз приводится в действие. Турция, Пакистан и Саудовская Аравия договорились о немедленном развертывании воинских контингентов в королевстве.

Иван Шилов ИА Регнум

Решение принято на экстренном заседании стратегического политического и оборонного комитета альянса в Эр-Рияде 5 октября. Повод всё тот же — активизация войны хуситов с Саудовской Аравией и союзным ей правительством Йемена. Хотя в итоговом заявлении название хуситского движения «Ансар Аллах» не упомянуто.

Чисто юридически представители МИД трех стран обещают «перейти к практической реализации обязательств по коллективной обороне», то есть по защите Саудовской Аравии от атак.

А в последние дни они впечатляют. Под удар попали международный аэропорт имени короля Халида в Эр-Рияде, аэропорты городов Абха, Джизан и Наджран, военный лагерь Аль-Дагарир и другие объекты в регионе Джизан, а также НПЗ Aramco в Эр-Рияде.

Но как Турция и Пакистан будут помогать Саудовской Аравии или отвечать хуситам — большой вопрос. Ведь численность контингента, типы вооружений, районы и сроки дислокации в коммюнике не обнародованы. Дело не только в военной тайне, но и в опасениях быть обвиненными в слабой и недостаточной поддержке. И, как следствие, — в неэффективности военного блока.

Теоретически Анкара и Исламабад совокупно в состоянии оказать саудитам такую поддержку, которая может оказаться решающей. Турция обладает второй по численности армией в НАТО и развитым ВПК (дроны Bayraktar, собственные БПЛА, ПВО), Пакистан — единственная ядерная держава исламского мира с опытом участия в коалиционных операциях. Вместе с саудовскими нефтедолларами альянс складывается солидный.

Но всё же практическая реализация соглашений упирается в ряд ограничений. Во‑первых, логистика: быстрая переброска значительных сухопутных сил в Саудовскую Аравию потребует масштабной воздушно-транспортной операции и согласования коридоров.

Для саудитов нет нужды в полумиллионной армии, которую Джордж Буш — старший перебрасывал на выбивание Саддама Хусейна из Кувейта. Но что если хуситы попробуют отобрать часть земель королевства на юге, например Асир, Джизан и Наджран, на которые йеменцы исторически претендуют?

Во‑вторых, и это самое опасное, открытое участие турецких и пакистанских войск в войне может спровоцировать Иран активнее помогать хуситам.

Хотят ли Турция и Пакистан проблем с Ираном, пускай и находящимся под давлением Дональда Трампа? Вряд ли: у Тегерана — множество ракет, в том числе гиперзвуковых, БПЛА и другого смертоносного оружия.

В‑третьих, очень тонка грань между защитой союзника и ввязыванием в агрессивную войну. Риск последнего существует, учитывая, что официальная йеменская армия пошла в наступление на хуситов (операция «Рассвет Йемена»), а саудиты ей помогают.

Правительственные силы заявляют о продвижении к порту Моха, который недавно взяли хуситы, и попытке снять блокаду с Баб-эль-Мандебского пролива, через который проходит около 12% мировой торговли.

Взвесив все за и против, можно прийти к выводу, что на первом этапе Пакистан и Турция пойдут скорее на символические меры, такие как укрепление ПВО саудовских городов и святынь, развертывание советников и специалистов, расчетов ЗРК. Но без полноценного сухопутного вмешательства. Главная цель сейчас — спасти лицо Мекканского союза и объяснить обоснованность его создания.

Йеменский конфликт разгорается с новой силой, опять становясь региональным. Правительство страны сидит в столице Саудовской Аравии. Представители Турции и Пакистана приезжают туда, чтобы обсудить посильную помощь. И туда же в это время прилетает президент Сирии Ахмед аш-Шараа, родившийся волею судеб в том же Эр-Рияде.

Аш-Шараа провел встречу с наследным принцем Мухаммедом бен Салманом. Официальная повестка — развитие двусторонних связей и региональная стабильность, но контекст йеменской эскалации придает визиту дополнительное измерение.

Ранее ливанская газета Al Akhbar со ссылкой на источники в движении хуситов утверждала, что Саудовская Аравия перебрасывает в Йемен радикальных исламистов из Сирии, а Турция в этом участвует. Представитель политбюро «Ансар Аллах» Хузам аль-Асад в интервью заявил, что «ситуация повторяется».

Не исключено, что Турция и Пакистан решили так: поставлять оружие и ПВО саудитам (плюс несколько советников) — не рискованно, а если потребуется живая сила, можно использовать сидящих без дела бывших членов различных повстанческих организаций в Сирии. С армией Башара Асада им уже сражаться не нужно, а с курдами вроде договорились. Тем более что саудиты могут щедро заплатить.

Турецкие издания представили решение Мекканского альянса как важный шаг к стабилизации Красного моря и защите саудовской энергетической инфраструктуры.

Подчеркивается, что для Анкары обеспечение безопасности Баб-эль-Мандеба — не только вопрос солидарности с Эр-Риядом, но и прямой экономической заинтересованности. Через Красное море проходит основной маршрут морской торговли с Азией.

Hurriyet цитирует эксперта турецкого Центра иранских исследований (İRAM) Орала Тогу, который указывает: закрытие Ормузского пролива сделало для Саудовской Аравии критически важным альтернативный коридор через трубопровод «Восток — Запад» и порт Янбу. Именно этот маршрут и оказался под угрозой после захвата хуситами Мохи и острова Перим. Turkiye Today, в свою очередь, фокусируется на институционализации пакта и переходе от декларации к конкретным действиям.

В то же время турецкая пресса аккуратно обходит вопрос о прямом участии в боевых действиях в Йемене. Акцент делается на «коллективном сдерживании», укреплении ПВО и военно-техническом сотрудничестве, а не на сухопутной интервенции.

Это соответствует общей линии Анкары — поддерживать Саудовскую Аравию как ключевого регионального партнера, но избегать открытой конфронтации с Ираном и его прокси. Не зря Реджеп Тайип Эрдоган в конце сентября дал понять, что Турция не обязана присоединяться к военным действиям против хуситов.

Речь идет максимум о защите от пущенных на суннитскую монархию ракет и дронов. Бомбардировать в ответ Йемен турки вряд ли будут.

США и Израиль разворошили Ближний Восток, и теперь хуситы и саудиты вновь вступили в полноценную войну, а Турция и Иран невольно втягиваются в нее на радость Биньямину Нетаньяху.