Суд по делам о банкротстве Южного округа Нью-Йорка одобрил начало процесса реструктуризации финансовых обязательств латвийской авиакомпании airBaltic.

ИА Регнум

Критическое состояние национального авиаперевозчика — самый заметный симптом кризиса экономики республики, но отнюдь не единственный. Геополитический разлом и последствия разрыва Прибалтики с Россией привели к ликвидации и других крупных предприятий.

Смертельное пике

Последние 16 лет airBaltic фактически существовала на «аппарате искусственного дыхания» — после экономического кризиса 2008–2009 гг. она вошла в нескончаемую полосу неудач и с тех пор принесла государству убытки в размере около 700 млн евро.

В 2012 году реанимировать авиакомпанию был приглашен немец Мартин Гаусс. Он оказался обладателем самой большой зарплаты в Латвии, получив за время своего руководства airBaltic 11 млн евро. При этом фактически встал над местным законом, требующим от всех, кто официально устроен на работу, совершенного знания государственного языка.

Гаусс же латышский демонстративно не учил. Языковые инспекторы в огромных количествах отстраняли от работы русских продавщиц и дворников, но приблизиться к статусному немцу никто из них даже и не мечтал. Однако помощь дорогого специалиста не помогла — убытки продолжали накапливаться.

В 2020–2021 гг., когда мир был охвачен пандемией и всё авиасообщение замерло, правительство с разрешения Еврокомиссии влило в airBaltic 340 млн евро налогоплательщиков.

Однако надежды на то, что компания сумеет эти вложения отработать, скоро рухнули. В свое время она неплохо зарабатывала на рейсах в Россию, самолеты курсировали в Москву и Петербург.

Но с начала 2020-го эти направления наглухо заблокированы. Новыми проблемами стали дефицит авиадвигателей американской фирмы Pratt & Whitney и выросшие расходы на техническое обслуживание уже имеющихся двигателей, что привело к отмене части рейсов.

В мае 2024-го airBaltic объявила о выпуске облигаций на 340 млн евро сроком на пять лет со ставкой 14,50%. В основном их приобрели частные инвесторы, но и государство тоже вложилось.

А в августе того же года в правительстве решили снизить свою долю в авиакомпании с 97% до 25% и сократить основной капитал предприятия на 571 млн евро — после чего он составил всего 25 млн.

Проще говоря, чиновники просто списали 571 млн из повисших на airBaltic убытков. Это вызвало всеобщее негодование. Жители потребовали наказания лиц, по чьей вине государство потеряло деньги, которые очень бы пригодились и медицине, и образованию, но прокуратура не нашла нарушений.

В апреле 2025-го Гаусса все-таки отправили в отставку, а через несколько месяцев 10% акций airBaltic по дешевке (за 14 млн евро) купила германская Lufthansa.

Это бедственного положения не исправило, и компания обратилась в министерство сообщения с просьбой о займе. Но 62,2% латвийцев выступили против дальнейшего финансирования бездонной дыры. И премьер Андрис Кулбергс, пришедший к власти в июне 2026-го, отказался от плана своей предшественницы Эвики Силини, намеревавшейся влить в airBaltic еще 30 млн.

Решающим фактором, окончательно добившим airBaltic, стал резкий рост цен на топливо — сказалась развязанная США и Израилем война с Ираном. К этому моменту долг составлял около 583 млн евро, плюс задолженность по налогам и сборам в размере 106 млн.

В итоге крупные держатели облигаций airBaltic дали понять, что предпочтут ликвидацию новому кредиту. Руководство приняло решение о добровольной подаче заявления о защите от кредиторов по главе 11 «Кодекса США о банкротстве», чтобы получить время для реструктуризации долга и свернуть деятельность в сравнительно спокойных условиях.

Разорение за разорением

На исходе прошлого года суд Риги признал неплатежеспособность ООО RBSSKALS Holding, некогда одной из крупнейших строительных компаний Латвии.

Ее консолидированный оборот превышал 61 млн евро. В компании работали около 800 человек. Она участвовала в строительстве и реконструкции объектов национального значения, включая Латвийскую национальную библиотеку, Рижскую биржу, Латвийский национальный театр, студенческий городок Рижского технического университета и комплекс посольства США.

Проблемы начались еще в 2016–2017 годах — из-за кризиса, охватившего отрасль. Попытка привлечь на помощь структурные фонды ЕС окончилась неудачей, а некоторые контрагенты объявили о неплатежеспособности.

После этого деятельность холдинга затухала, пока он не пришел к окончательному краху. В марте 2026 года суд прекратил процесс, поскольку, как выяснилось, у компании не осталось активов, которые можно было бы направить на погашение долгов — владельцы вовремя подсуетились и всё вывели. Фирму просто исключили из коммерческого регистра.

В 2024–2025 гг. с большим медийным шумом разорились еще три большие латвийские строительные фирмы — Skonto Construction, BMGS и Velve.

Их погубили рост стоимости материалов, задержки с освоением фондов ЕС и общая экономическая нестабильность в стране. У каждой из этих компаний нашелся свой объект, ставший фатальным.

Для Velve это был новый корпус рижской больницы Страдиня — заказчик расторг договор в одностороннем порядке, а компания не получила оплату за выполненные работы. Для BMGS — затянувшийся проект модернизации железнодорожных платформ. Для Skonto Construction — реконструкция Нового Рижского театра, не удалось согласовать компенсацию удорожания.

Неоплаченные счета от заказчиков и растущие обязательства перед субподрядчиками создали критическую нехватку оборотных средств. Все три компании инициировали процедуру правовой защиты, чтобы выиграть время и согласовать планы спасения.

Однако кредиторы не поверили. Skonto Construction была признана неплатежеспособной в августе 2025 года, BMGS — в феврале 2026-го, а Velve пребывает на грани полного краха с падением оборота почти в тысячу раз. Суммарно работы лишились свыше тысячи человек.

Летом в Резекне закрылся завод по производству электроинструментов Rebir, бывший одним из крупнейших предприятий специальной экономической зоны с пониженным налогообложением.

В лучшие годы численность его персонала превышала 2 тысячи человек. Продукция была в основном ориентирована на рынки России, но теперь из-за санкций это невозможно.

В последние два года завод пытался трепыхаться, но выплыть не сумел: был потерян основной рынок сбыта. В прошлом году оборот Rebir составил ничтожные 300 605 евро и продолжал снижаться.

Акционеры решили не ждать, когда завод влезет в тяжелые убытки, и избавиться от него. Присяжный адвокат Янис Спилве, назначенный ликвидатором, оповестил, что осталось распродать оставшиеся товарные запасы, произвести расчеты с кредиторами, выплатить оставшиеся суммы акционерам — и на этом всё.

Поработали — и хватит

В Даугавпилсе прошлой осенью начался процесс о неплатежеспособности одного из старейших городских предприятий — завода приводных цепей Ditton.

Он был основан усилиями советской власти в 1949 году и на протяжении десятилетий оставался единственным в своей сфере в Прибалтике. В отличие от большинства других даугавпилсских предприятий, он сумел пережить 90-е.

Завод стал крупнейшим активом бизнес-империи, основанной предпринимателем Владиславом Дриксне. В 2003-м на предприятии работали 845 человек, а его продукция экспортировалась как на восток, так и на запад, в том числе в страны ЕС и в США. До половины продукции уходило в Россию.

Подкосили предприятие европейские санкции 2022 года. К 2024-му финансовое положение было уже критическим. Оборот составил всего 3,264 млн евро, а убытки достигли 660 204 евро.

Руководство пыталось спасти ситуацию: в 2024 году было объявлено о минимизации убытков, оптимизации внутренней структуры и о ставке на «технологически сложные продукты с высокой добавленной стоимостью». Но это не принесло результата.

Был начат процесс правовой защиты, который должен был дать заводу время. Однако уже в конце 2025-го он был прекращен: план мер по спасению не получил поддержки большинства кредиторов. И 12 января 2026-го суд официально признал завод неплатежеспособным.

На краю гибели колеблется фирма Amber Latvijas Balzams — производитель знаменитого «Рижского бальзама».

Налоговая задолженность компании превысила 28 млн евро, и в феврале 2026 года суд начал процедуру правовой защиты. Причиной назвали финансовые потери от изъятия активов в России и последствия кибератаки. Активы изъяли по решению Тамбовского районного суда от 24 июля 2024 года.

Российский суд признал владельца Amber Latvijas Balzams Юрия Шефлера и подконтрольные ему компании экстремистским объединением, постановив обратить их российские активы в доход государства: хозяин фирмы активно поддерживает киевский режим и ВСУ. К концу первого квартала этого года финансовые обязательства предприятия достигли 65,26 млн евро.

В тяжелейшей ситуации находится и «Рижское кораблестроение». Санкции привели к резкому снижению объемов морских грузоперевозок, и компания потеряла 30% своего рынка. К тому же из-за антироссийских санкций многие суда под флагами других стран больше не могли заходить в порты Латвии для ремонта. В 2017 году это обернулось для судостроителей потерей заказов еще на 6 млн евро. Резко сократились текущие активы, что создало критическую нехватку оборотных средств.

Руководство было вынуждено пойти на сокращение рабочего дня для большинства сотрудников. Возникли задержки по различным платежам, включая налоги и зарплаты.

В марте 2025-го объявили, что предприятие сумело восстановить платежеспособность. Но в первом полугодии 2026-го компания вновь зафиксировала валовой убыток в размере 275 984 евро, так как влияющие на нее негативные факторы никуда не делись.

Предприятия Латвии разоряются, потому что они исторически создавались для работы на российском рынке, наиболее близком и естественном. Однако руководство республики сознательно от него отгораживается и даже завело ежемесячно обновляемый «список позора», куда заносит компании, которые еще торгуют с нашей страной.