Вашингтон начинает подводить неутешительные итоги бурного для США 2026 года. Пожалуй, одной из главных потерпевших становится американская экономика.

ИА Регнум

Прошлый год для нее прошел под сенью бесконечных торговых войн, которые оказались настоящим шоком для американского бизнеса. А затем его накрыл уже энергетический кризис, последствия которого резко обостряют обстановку внутри Штатов.

Война в Иране сходу привела ко взлету цен на нефть во всем мире, что тут же проявилось и внутри США. Американский рынок всегда очень чутко реагирует на любые внешние шоки.

Цены на топливо на американских заправках пошли вверх и безостановочно росли в период с марта по май включительно. Но тогда казалось, что администрация сможет найти быстрый выход из кризисной ситуации.

К тому же Белый дом тут же начал заливать нефть из стратегических резервов на рынок и заодно убеждал инвесторов в перспективности переговоров с руководством Ирана. Попытки подписать совместный меморандум в течение лета 2026 года на время утихомирили мировые нефтяные рынки. Но с началом новой эскалации они снова затряслись. Сейчас положение дел сильно отличается от того, что было весной.

Нефтяные запасы США находятся на грани исчерпания. В них остались лишь 285 миллионов баррелей, и те вытягиваются очень тяжело. Инженеры приблизились к техническим лимитам изъятия нефти из старых шахт, которые еще и рискуют в любой момент обрушиться. К тому же по закону нельзя опускаться ниже отметки в 250 миллионов баррелей. Этот базовый минимум необходим Пентагону в случае военного форс-мажора.

Цены на бензин близки к четырехлетним максимумам. Тяжелее всего обстоит дело с дизелем, дефицит которого всё острее проявляется во многих штатах. Стоимость дизеля в среднем по США пробила отметку в 6,5 доллара за галлон, это исторический рекорд. А ведь она закладывается в ценник на любой товар, который нужно куда-то доставить. Без дизеля не выживут ни дальнобойщики, ни фермерские хозяйства.

Американские авиакомпании вынуждены сокращать многочисленные рейсы из-за взлета стоимости керосина. Образуются проблемы и с дефицитом моторного масла, которое стали отпускать с ограничениями в ретейловых сетях. На отдельных заправках появляются знаки об отсутствии в продаже дизеля.

Запасы коммерческого топлива в США тоже находятся на минимальных значениях со времен урагана «Катрина» в 2005 году, который обрушил нефтяную индустрию Америки. Тогда многие заправки пустовали.

Власти всерьез рассматривают вопрос о введении запрета на экспорт дизеля. Но опасаются, что другие страны в отместку начнут перекрывать поставки нефти на американский рынок. И это приведет к еще большему топливному шоку в сравнении с нынешним.

Стране нужен бесперебойный импорт как минимум 7–8 миллионов баррелей нефти ежесуточно. Хоть американцы и добывают достаточно своих углеводородов, полностью закрывать собственные потребности они не способны.

А сейчас ситуация на всех рынках обостряется одновременно. На Ближнем Востоке перекрыты сразу два ключевых пролива — Ормузский и Баб-эль-Мандебский. Торговая война с Канадой привела к тому, что северный сосед на 80% нарастил продажу своей нефти в Азию. Хотя раньше она вся шла на юг, причем по дисконтным ценам. Образуется настоящий идеальный шторм, который может коснуться очень многих.

Американский бизнес — что малый, что крупный — переживает не лучшие времена. Количество банкротств за первое полугодие 2026 года выросло на 60–70% в сравнении с предыдущим аналогичным периодом. Это самые высокие значения с кризисного 2009-го.

Весной разорился один из крупнейших лоукостеров в США Spirit Airlines. И он явно может оказаться далеко не единственным. Другие авиакомпании несут многомиллиардные убытки и вынуждены существенно повышать стоимость билетов.

Многие компании в США за последний кризисный год подняли цены на свою продукцию в два-три раза. Но даже это не позволяет им полностью покрывать быстро растущие расходы. Они опасаются полностью уйти с рынка под напором дешевой продукции из Китая и других азиатских стран. Она умудряется попадать на американский рынок через третьи государства — например, Мексику — в обход тарифов и санкций.

Отдельным шоком для бизнеса может стать закручивание гаек в денежно-кредитной сфере со стороны Федеральной резервной системы. На днях она впервые за три года совершила разворот в своей политике и подняла ключевую ставку. Хоть это и вызвало резко негативный отзыв со стороны президента Дональда Трампа.

Нужно было как-то реагировать на взлет долларовой инфляции, пусть ее причины и не имеют монетарного характера. Но вряд ли от роста ставки внезапно появится больше дизеля на американских заправках.

Зато ужесточение кредитной политики станет ударом одновременно для всех — от участников ипотечного рынка до бизнеса и простых потребителей. Средние ставки по ипотеке вновь достигли 7%, это одно из максимальных значений за последние годы.

Примерно половина американцев признаются, что вынуждены экономить, чтобы иметь возможность дальше выплачивать свои ипотечные кредиты. Приходится меньше питаться вне дома, реже заправлять машину и не летать в отпуск.

Образуются проблемы и у закредитованных до упора муниципалитетов, крупных корпораций и федерального правительства. Сейчас ставки по долгосрочным американским ценным бумагам пробили отметку в 5%, это максимум с предкризисного 2007 года.

Занимать триллионы долларов приходится по высоким ставкам, что тяжелым бременем ложится на госбюджет. А в нем и так статья обслуживания долгов является одной из ключевых, на спасение от дефолта приходится тратить по 1,2 триллиона долларов ежегодно.

На пиковых значениях находится и суммарный долг американцев по кредитным картам. Причем набегающий процент по ним составляет целых 20–25%. Запасы сбережений, которые были накоплены в период пандемии, практически проедены.

Уровень потребительской активности американцев пока остается на относительно высоком уровне. Но его тянут вверх в основном 10% самых обеспеченных жителей. А вот у всего остального общества наблюдается ужимание по расходам.

Все подобные дисбалансы в экономике и социуме США формировались давно, как минимум с кризиса 2008 года. Однако они резко обостряются на фоне нынешних шоков. И американцы начинают морально смиряться с тем, что ситуация лучше уже не станет.

Отношения с ключевыми торговыми партнерами — Китаем, Канадой и Евросоюзом — испорчены всерьез и надолго. Эскалация на Ближнем Востоке и не думает заканчиваться. Высокие цены на заправках вполне могут, как и в 70-е годы, длительно изматывать экономику государства.

Получается ситуация перманентного кризиса, выбраться из которого будет крайне тяжело, если в принципе возможно. Сейчас это еще распаляет внутренние политические противоречия в Штатах в канун промежуточных выборов.

Но очевидно, что лейтмотив системных проблем в экономике США станет ключевым и в следующей президентской гонке. Вряд ли к 2028 году положение дел кардинальным образом улучшится. А это значит, что и политика в условиях таких неурядиц будет и дальше радикализироваться, ставя страну на грань очередного раскола.