Не успело израильское правительство утвердить дату проведения выборов в парламент (кнессет), политический ландшафт сотряс новый скандал. Партия «Ликуд» премьер-министра Биньямина Нетаньяху стремительно теряет «предсказанные мандаты», всё больше уступая в гонке за лидерство «рассерженным патриотам».

Иван Шилов ИА Регнум

На этом фоне не дремлют и ультраконсерваторы, которые также решили сомкнуть ряды и выдвинуть компромиссного кандидата. Им стал Ханамель (Шанамель) Дорфман — юрист и ультраправый политический деятель, близкий к министру нацбезопасности Итамару Бен-Гвиру и известный выходками на грани и за гранью фола.

И хотя его репутация далека от идеальной даже среди ортодоксов, показательное единение консервативного крыла вполне способно еще больше поколебать позиции Нетаньяху.

Незаконопослушный юрист

У Дорфмана богатая и крайне противоречивая биография даже по меркам израильских правых.

Еще в молодости он примкнул к движению радикальных поселенцев «Молодежь холмов», которое охотно вступало в стычки как с палестинскими общинами, так и с израильской полицией на Западном берегу реки Иордан, основывая нелегальные поселения в серой зоне.

В этот период Дорфман, мягко говоря, не сильно стеснял себя нормами морали: мочился на трупы поверженных врагов, собирал деньги для выкупа молодых погромщиков и, по некоторым данным, помогал им организовывать тайники с оружием. Сам несколько раз оказывался в шаге от срока, чем охотно козыряет по сей день.

Кадр из видео
Итамар Бен Гвир (слева) и его советник Шанамель Дорфман

Как отмечали противники «Молодежи холмов», в тот период в Израиле сложно было отыскать более незаконопослушного юриста, чем Дорфман.

Однако со временем он переквалифицировался из уличного активиста в чиновника-силовика, заняв пост главы аппарата министра нацбезопасности Итамара Бен-Гвира, с которым был знаком еще со времен совместной юридической практики.

Оказавшись на одной из самых могущественных позиций в системе внутренней безопасности, Дорфман быстро создал механизм защиты вчерашних «друзей с холмов» от судебного преследования, из-за чего число противоправных акций радикальной молодежи на Западном берегу подскочило в несколько десятков раз.

В какой-то момент усмирять ретивых молодчиков пришлось даже контрразведке ШАБАК, в составе которой создали специальный оперативный отдел. Что, впрочем, не остановило Дорфмана и не повлекло для него каких-либо негативных последствий.

Интересно и то, что начальник аппарата Бен-Гвира риторикой пошел по стопам своего шефа — и, демонстрируя лояльность, стремится повторять его опорные тезисы при каждом удобном случае, на каждом совещании с силовиками. За что подчиненные за глаза даже прозвали его «карманным Итамаром».

Компромиссный кандидат

Выдвижение Дорфмана в кнессет стало неожиданностью для многих, в том числе и для консерваторов.

До этого он не проявлял большого интереса к политике и предпочитал держаться в тени одиозного начальника. При этом сам Бен-Гвир, несмотря на больший по сравнению с Дорфманом политический багаж и намерение переизбраться в парламент, на передний край предвыборной борьбы рваться не спешит. Ведь он успел прослыть токсичной фигурой даже в стане консерваторов.

Особенно после акции публичного глумления над арестованными активистами флотилии «Сумуд», шедшей в сектор Газа. Расхлебывать последствия пришлось и коллегам по консервативному крылу, что не добавило Бен-Гвиру популярности.

С другой стороны, иные ультраконсерваторы пользовались среди массового избирателя еще меньшей популярностью — особенно после массовых протестов и погромов со стороны ультраортодоксов. Требовалась фигура, которая будет столь же харизматична и активна, как Бен-Гвир, но будет иметь меньший антирейтинг и в целом устроит другие силы консервативного лагеря. Переход Дорфмана в парламентскую политику позволил элегантно закрыть этот запрос.

Его предварительная предвыборная программа содержит, на первый взгляд, взаимоисключающие положения — от обещаний «спасти ревнителей веры» от гонений и «в корне пересмотреть» весь духовно-нравственный базис еврейского государства до угроз «низвергнуть внешних врагов» («Хезболлу», ХАМАС и Иран) и даже некоторых «друзей» — например, Иорданию, чьи территории должны «когда-нибудь стать частью Великого Израиля».

Сочетая несочетаемое, Дорфман формирует образ политика, который готов бороться за сильный Израиль, но при этом уважать и чтить его традиции. Включая духовные. Неудивительно, что в поддержку этой кандидатуры выступили некоторые духовные и политические авторитеты ортодоксов — например, главный сефардский раввин Израиля Ицхак Йосеф.

Объединить усилия

Стоит отметить, что консерваторы хорошо подгадали момент для нанесения контрудара по Нетаньяху.

Большая часть ресурсов «Ликуда» сейчас отвлечена на удержание стабильных отношений в правительственном межпартийном альянсе, а также на отражение попыток оппозиции отбить часть сомневающегося электората.

Это дает консерваторам возможность эффективнее агитировать и вести адресную работу со своими сторонниками — что видно в том числе по динамике общественных опросов.

Согласно последним замерам, консервативные партии «ШАС», «Яадут ха-Тора» и «Оцма Йегудит» (от последней выдвигается Дорфман) занимают в будущем созыве кнессета по 8 кресел. Таким образом, в сумме они могут получить 24 мандата (при 23 мандатах у «Ликуда») и претендовать на ведущую роль в формировании будущего правительства.

Правда, чтобы полноценно воспользоваться совокупным весом и претендовать на назначение премьера или ключевых министров из своих рядов, трем силам нужно сначала объединиться в политическую платформу (по аналогии с движением «Вместе» Нафтали Беннета и Яира Лапида).

А формально союзная партия «Религиозный сионизм» во главе с другим парламентским «ястребом», министром финансов Бецалелем Смотричем, по последним данным, получает порядка пяти мандатов (что меньше, чем у арабских партий) и рискует не пройти электоральный барьер. Так что надеяться «консервативная тройка» может только на себя.

Впрочем, делать этого они пока не спешат, опасаясь прессинга со стороны конкурентов. Причем не только от сторонников Нетаньяху (которые явно не простили вчерашним союзникам многочисленные попытки подорвать легитимность коалиции из-за расхождений по религиозному вопросу), но и со стороны «рассерженных патриотов» (партия «Яшар»), которые построили часть своей предвыборной программы на критике неоправданных поблажек для ультраортодоксов.

Само собой, даже в случае сплочения рядов взлететь сразу до поста премьер-министра у Дорфмана не выйдет: его попросту не пропустят вперед старшие товарищи, включая Бен-Гвира.

Дорфман идет скорее как локомотив — с готовностью в любой момент выгодно «расторговать» мандат с союзниками или противниками «Оцма Йегудит» — в зависимости от ситуации. А в благодарность получить хлебное и не слишком ответственное ведомство — например, министерство нацбезопасности.

При этом в лояльности Дорфмана в консервативном стане не сомневаются.

С учетом его богатого прошлого и весомого антирейтинга вероятность того, что одиозный юрист переметнется к оппонентам, минимальна — ни одна центристская и левая партии Израиля не будет рисковать своей репутацией ради пары лишних мандатов. Одним из них к тому же придется гарантированно поделиться с «перспективным кандидатом».