Генеральная Ассамблея ООН 3 июня в очередной раз избирала новых непостоянных членов Совета Безопасности на 2027–2028 годы. По одному мандату должны были получить две западноевропейские страны, еще по одному — страны Африки, Латинской Америки и Азиатско-Тихоокеанского региона.

ИА Регнум
Йоханн Вадефуль

Для многих неожиданно по итогам голосования ни один из мандатов не достался Германии, которая прежде участвовала в выборах шесть раз — и все шесть успешно. К тому же она неоднократно обозначала намерения заполучить статус постоянного члена. Что, впрочем, довольно проблематично.

Все дело в Уставе ООН, написанном еще в 1945 году странами, победившими во Второй мировой войне: СССР, США, Китаем, Великобританией и Францией. По документу они являются постоянными — то есть фактически вечными — членами Совбеза. Место СССР, понятно, теперь законно занимает Россия.

Если же кто-нибудь захочет в устав внести какую-либо поправку (скажем, о расширении состава постоянных членов Совбеза), то для этого необходимо добиться сначала одобрения поправки двумя третями Генеральной Ассамблеи, а затем — ратификации всеми постоянными членами Совета. Что в нынешних условиях, разумеется, вряд ли возможно.

Тем не менее поползновения в этом направлении наблюдаются регулярно, причем с разных сторон. В частности, не далее как год назад сам Генеральный секретарь ООН Антониу Гутерриш призывал к реформе Совета Безопасности, указывая на то, что сейчас он «соответствует миру 1945 года, и это создает не только проблему легитимности, но и проблему эффективности».

Необходимость реформ поддерживает и Владимир Путин, сказавший в одном из интервью, что Россия и Китай ратуют «за придание Совету Безопасности более демократического характера за счет включения в число его членов государств Азии, Африки и Латинской Америки».

Тем не менее Совбез до сих пор насчитывает 15 членов, из которых десять — непостоянные. И одним из этих десяти Германия, когда на это претендовала, всегда становилась. До настоящего момента. Вместо нее от Западной Европы мандаты теперь достались Португалии и Австрии, победившим с существенным отрывом по количеству голосов: 134 и 131 соответственно против 104 у ФРГ. При необходимом минимуме в 127 голосов.

Остальные места получили Киргизия (впервые в истории), а также Зимбабве и Тринидад и Тобаго. В общем, как ни посмотри, налицо дипломатический провал. На фоне которого официальный Берлин изо всех сил старается держаться достойно. Однако получается, прямо скажем, неважно.

Федеральный канцлер Фридрих Мерц отреагировал на произошедшее лаконично и сухо, констатировав неудачу и поздравив Португалию с Австрией. «Этот результат не меняет задач, которые стоят перед нами в Организации Объединенных Наций. Германия и впредь остается надежной опорой мультилатеральной системы», — добавил он.

Гораздо более экспрессивен был в своем комментарии министр иностранных дел Германии Йоханн Вадефуль, назвавший случившееся «горьким поражением». После чего он озвучил несколько предположений насчет того, почему же так получилось.

Притом все они сводятся к одному тезису, сформулированному им так: «Мы всегда занимали четкую позицию по определенным вопросам, и эту позицию разделяют не все государства-члены», — посетовал Вадефуль. Что это за позиция и кто конкретно ее не разделяет, догадаться нетрудно, и всё же подробное разъяснение тут же воспоследовало.

Во-первых, всё дело, оказывается, в том, что Германия «твердо поддерживает Украину». Поэтому Россия-де не хочет видеть ее за столом переговоров и якобы вела против нее подковерную борьбу. Что, по мнению Вадефуля, «не является секретом». Но каких-то конкретных доказательств он, само собой, не представил.

Во-вторых, не менее твердо Германия поддерживает Израиль. Даже более того — «всегда берет на себя ответственность за него в конфликте на Ближнем Востоке», что бы это ни значило. И сей факт тоже, считает глава немецкого МИД, стоил ФРГ голосов.

Есть и еще одна причина: немцы слишком поздно вступили в предвыборную лоббистскую кампанию. Итого: Германию в Совбез ООН не пропустили Россия, неназванные антисемиты и непунктуальность. Это по версии Йоханна Вадефуля.

Несколько иной версии придерживается спикер фракции СДПГ в бундестаге по вопросам внешней политики Адис Ахметович, который заявил, что результаты голосования отражают «то, как Германию сейчас воспринимают на международной арене». Почему Германию воспринимают на международной арене так (и как именно), он не уточнил.

Зато у Михаэля Людерса, зампредседателя партии «Союз Сары Вагенкнехт — За разум и справедливость», есть четкое обоснованное мнение на этот счет. «Федеральное правительство своей однобокой внешней политикой дискредитировало нас в мире», — однозначно констатировал он, заодно призвав Йоханна Вадефуля уйти в отставку. «Мировой чемпион по отстаиванию морали должен занять место на трибуне для зрителей мировой политики. Вообще-то это повод для отставки министра иностранных дел», — сказал Людерс.

Тогда как сопредседатель партии «Альтернатива для Германии» Алис Вайдель возложила вину лично на Фридриха Мерца. «Один позор следует за другим: если в начале своего канцлерства Мерц хотел вернуть нашу страну на международную арену, то теперь Германия осталась без места в Совете Безопасности ООН», — припечатала она действующего главу правительства у себя в соцсетях.

Помимо того, что для Германии, являющейся четвертым по величине донором ООН и всё еще экономическим лидером Европы, не попасть в Совбез — беспрецедентное и оттого особенно болезненное фиаско, подрывающее имидж страны как одной из влиятельнейших мировых держав, какие последствия этого поражения можно ожидать?

Прежде всего, без места в Совбезе Берлин теряет ключевую платформу для влияния на международные кризисы в ближайшие годы, что в дальнейшем может привести к фактической дипломатической изоляции. В контексте чего тот факт, что пост председателя 80-й сессии Генассамблеи ООН занимает Анналена Бербок — экс-министр иностранных дел Германии, придает ситуации особой иронии. Кстати, вполне вероятно, в произошедшем есть и ее немалая «заслуга».

Кроме того, это, несомненно, обострит и без того активно назревающий внутриполитический кризис, складывающийся из многих факторов: экономический застой, разногласия внутри правящей коалиции, крах миграционной политики и так далее. Как следствие, правая «Альтернатива для Германии» может дополнительно укрепить свои и без того уже достаточно высокие позиции. Что вкупе со всем вышесказанным открывает перспективы самые непредсказуемые, вплоть до переформатирования партийной системы.

Наконец, у Германии появится повод для более основательного пересмотра внешнеполитических приоритетов. Вполне возможно, немцам придется в корне менять свою дипломатическую стратегию — в сторону поиска новых союзников вне коллективного Запада, окончательного отхода от так называемой «ценностной» дипломатии и переориентации на более плотное и плодотворное сотрудничество с Глобальным Югом.

А это для текущего руководства страны сродни воплощению ночного кошмара, о чем свидетельствуют недавние унизительные поездки Мерца в Китай и на Ближний Восток.