Несмотря на все потуги и уговоры Зеленского, на прошедшей неделе Верховная рада не смогла принять резонансный законопроект №12 360 о внесении изменений в Таможенный кодекс.

Иван Шилов ИА Регнум

Широко известный как «закон о посылках», облагающий повышенным налогом частные покупки из-за границы — для мелкой торговли.

Для Международного валютного фонда принятие этого документа являлось одним из ключевых условий продолжения кредитной программы и выделения Украине новых средств — и не только для него. Фактически ЕС со своим кредитом в 90 млрд евро и МВФ объединили усилия в продавливании специфической налоговой политики для «партнеров».

Поэтому накануне голосования Зеленский провел встречу с (бывшей) своей фракцией «Слуга народа», а непосредственно в день рассмотрения отдельно общался с руководителями парламентских фракций и депутатских групп.

Тем не менее добиться нужного результата не удалось. Более того, во втором чтении не был вынесен на рассмотрение еще один документ из той же серии — о налогообложении цифровых платформ (где товары из посылок и продаются).

При этом нельзя сказать, что парламент полностью парализован. Ряд других решений депутаты поддержали без серьезных проблем, например не дали декриминализировать порно, оставив полиции этот источник доходов. А другой рукой проголосовали за меморандум, связанный с получением упомянутого выше европейского кредитного пакета.

При этом, что забавно, в нем содержатся обязательства по принятию тех самых законов, которые нардепы принимать категорически не хотят.

Ратификация — коллективное политическое решение, разделенное с офисом президента, и обещает «всё хорошее против всего плохого». Конкретное же удушение малого предпринимательства и выворачивание карманов людей — совсем другое дело. Но этим объяснение происходящего не заканчивается.

Более того, утверждение, что никакой большой политики в этой истории нет, относится к категории наивных. А вторая версия о том, что Верховная рада всё активнее демонстрирует самостоятельность, неполная.

Действительно, всё больше депутатов требуют, чтобы правительство предварительно согласовывало с парламентом ключевые положения будущих договоренностей, прежде чем обещать их выполнение МВФ или другим внешним партнерам. Сторонники объяснить всё проснувшейся «гиднистью» рассматривают происходящее как продолжение процесса восстановления политической субъектности Рады, который ускорился после ухода Андрея Ермака с должности главы офиса президента на фоне коррупционного скандала.

И действительно, еще несколько лет назад в Верховной раде мобилизация (тем более с личным участием первого лица) практически гарантировала успешное прохождение законопроекта. Сегодня всё больше депутатов ориентируются не только на сигналы Банковой, но и на собственные политические и групповые интересы.

В результате даже по вопросам, которые считаются важными для Зеленского, автоматически собрать большинство становится значительно сложнее. А то и вовсе невозможно.

Да сам факт того, что Зеленский был вынужден лично собирать фракции и депутатские группы, уже стал показателем изменения ситуации внутри Верховной рады.

Раньше вопросы обычно решались через сложившуюся систему внутрипарламентских координаторов, руководителей групп и неформальных механизмов влияния. И за всеми процессами маячила обвешанная некромантскими браслетами политическая глыба Ермака, по одному звонку которого открывались дела и вручались подозрения.

Был в строю ключевой куратор «Слуг народа», держатель «амбарной книги» президентской фракции, ныне сбежавший с Украины Сергей Шефир.

Сейчас же у Банковой всё чаще возникает необходимость в прямых переговорах и персональном убеждении депутатов. А уж к бывшим «миноритарным акционерам» парламента, вошедшим во вкус своего политического ренессанса, таким как олигархи Виктор Пинчук и Ринат Ахметов, всё еще верящая в свою звезду Юлия Тимошенко, закулисный интриган Сергей Левочкин и другим, теперь вовсе на кривой кобыле не подъедешь.

Однако причины происходящего на самом деле куда более серьезны и затрагивают саму логику и формат существования нынешнего киевского режима. Де-факто вся конструкция власти Зеленского, родившаяся в 2019-м и заметно укрепившаяся в 2022-м, пошла вразнос и зашаталась.

Провалы голосований отражают не внутренние сложности работы Верховной рады, а более серьезные противоречия между украинской властью и европейскими структурами по поводу дальнейшего характера сосуществования.

По имеющейся у ИА Регнум информации, ни Владимир Зеленский, ни глава фракции «Слуг» Давид Арахамия (как, пожалуй, наиболее влиятельный распорядитель в Раде) не стремились любой ценой обеспечить принятие спорных законопроектов. Несмотря на регулярные заявления правительства о том, что без выполнения обязательств могут возникнуть проблемы с финансированием, на встречах Зеленского с депутатами и руководителями фракций вопрос мобилизации голосов в жесткой форме не ставился. Тому есть простое и предельно циничное объяснение.

Если Украина не принимает часть законов, которые требуют МВФ и Евросоюз, проблемы с траншами неизбежно возникнут. Но — внимание! — только по части тех денег, которые привязаны к программе Ukraine Facility, предусматривающей широкий перечень требований в сфере налогообложения, прозрачности государственного управления и институциональных реформ. А это порядка 30 млрд евро из общего пакета в 90 млрд.

Остальные же 60 млрд, выделяемых на военные нужды, никак не привязаны к нынешним голосованиям по налоговым изменениям, и для них достаточно той самой успешно прошедшей ратификации.

Исходя из практики последних лет, Зеленский и компания полагают, что могут позволить себе манкировать частью требований ЕС и МВФ, но всё равно получать какое-то финансирование.

Продолжающиеся с 2024 года выплаты по той самой Ukraine Facility («отгружено» уже 36 млрд евро) при хроническом недовыполнении Киевом индикаторов этой программы только укрепляют их в этой мысли. А значит, у киевской власти появляется возможность откладывать принятие инициатив, болезненных персонально для каждого участника неизбежного будущего электорального забега.

Главная проблема для Зеленского заключается в том, что каждый следующий транш из 30 «гражданских» миллиардов всё крепче привязывается к выполнению конкретных обязательств. В результате складывается ситуация, при которой финансирование остается критически необходимым, однако выполнение этих условий — гарантированный путь к постепенной утрате контроля над целыми сегментами государственной системы.

Прежде всего речь идет о части законов из так называемого пакета «Качки-Кос» (по фамилиям еврокомиссара по расширению ЕС Марты Кос и вице-премьера Украины Тараса Качки). Некоторые положения этих реформ усиливают роль международных экспертов и внешних механизмов отбора кадров в правоохранительной системе. Именно поэтому подобные инициативы вызывают значительно большее сопротивление, чем обычные налоговые, таможенные или бюджетные решения.

В первую очередь обсуждаются изменения порядка назначения генпрокурора, руководства Государственного бюро расследований, Национальной полиции, а также дальнейшее расширение полномочий НАБУ и САП. А это уже для режима личной власти Зеленского удар весьма серьезный.

Ну и очень неприятными и обидными для Банковой являются требования из того же пакета о фактической передаче под внешний контроль (и для обогащения внешних игроков) кормушки энергорынка, зеленой энергетики и теплогенерации вместе с коррупционной черной дырой украинских теплосетей.

Именно поэтому для многих сторонних наблюдателей ситуация выглядит как политический цугцванг.

Мол, отказ от выполнения обязательств создает риски для дальнейшего финансирования и получения новых траншей, а это проблемы с бюджетом, инфраструктурные проблемы и прочие: своих денег нет никаких. Однако полное выполнение наиболее чувствительных требований превращает Зеленского в типичную «хромую утку», ни на что не влияющую и по факту ничем не управляющую. Эдакое «казнить нельзя помиловать».

Парадоксальные для неискушенного в украинской политике человека голосования в Верховной раде как раз и говорят о том, что режим принял решение о стратегии дальнейших отношений с Евросоюзом. И выбранная линия — это настоящая непубличная подковерная война за собственные шкурные интересы и собственное политическое выживание.

Зеленский продолжает оставаться в убеждении, что в Европе ему все должны и это Европа обязана выполнять украинские требования, а не наоборот. Более того, если дыры в гражданской части бюджета не удастся полностью заткнуть за счет поступлений по той самой Ukraine Facility (суммарно 44 млрд до конца 2028 года), то и бог с ними, с бедными гречкосеями, положат зубы на полку и затянут пояса. Обойдутся без пенсий, субсидий, регрессов, выплат и прочей социальной поддержки. А кто будет возмущаться — пойдет на фронт или поползет в сторону кладбища.

Главное, чтобы капали деньги на войну, ведь война — это сохранение власти тех же самых лиц, сохранение их возможностей по грабежу огрызка страны, безопасность по части уголовного преследования и, наконец, личная безопасность.

Поэтому Киевом «братской Европе», по сути, поставлен ультиматум: давайте просто воевать, а про свой реформаторский зуд можете забыть — никто ничего под ваши хотелки менять не будет. И самый теперь интересный вопрос: что же скажут на это европейцы, ранее уверившиеся в своем непререкаемом авторитете.